Книга Одиночка. Том 7, страница 71 – Дмитрий Лим

Может быть и так… В общем, я двинулся дальше. Метров пятьдесят до разлома. Сорок. Тридцать.

«Пауты» на деревьях не реагировали. Они продолжали плести свои сети, двигая ногами с механической точностью. Я прошёл под одним из них, в трёх метрах от его тела, и он даже не дёрнулся. Как будто я был воздухом.

Двадцать метров. Пятнадцать. Десять.

«Тень» у входа в усадьбу стояла всё так же. Не двигалась. Не реагировала. Просто была.

Я остановился в десяти метрах от неё и посмотрел.

Близко она была ещё интереснее. Дыра в форме человека, которая поглощала свет, и тепло, и, кажется, звуки, потому что вокруг неё было странно тихо, как будто она вырезала кусок пространства и оставила там вакуум.

Я посмотрел на неё. Она… не посмотрела на меня. У неё не было глаз. Но я почувствовал, что она меня замечает. Не «видит», не «обнаруживает» — замечает.

И тогда «Тень» сделала то, чего я не ожидал.

Она отошла.

Просто отошла в сторону, пропуская меня к двери усадьбы. Шаг влево — и путь свободен. Как охранник, который открывает дверь перед VIP-гостем.

Это было… нет. Это было не нормально. Это было настолько не нормально, что мой мозг отказывался это обрабатывать. Мобы не пропускали людей. Мобы убивали людей. Это было их предназначение, их функция! А эта «Тень» только что уступила мне дорогу.

Я прошёл мимо неё, метрах в пяти. Но достаточно близко, чтобы почувствовать холод, который от неё исходил. Не физический холод, а метафизический: холод пустоты, холод отсутствия, холод места, где ничего не было и не могло быть.

У двери усадьбы я остановился и оглянулся.

«Тень» вернулась на своё место. Стояла, как раньше. Как будто ничего не произошло. Как будто она только что не пропустила человека к двери.

Что-то было очень, очень не так.

Я открыл дверь и вошёл.

* * *

Внутри было тихо. Слишком тихо для здания, в котором пятьсот человек проводили семейное мероприятие, а за стеной бушевал разлом А-ранга.

Прихожая была большой: мраморный пол, высокие потолки, лестница наверх, двери в комнаты слева и справа. На полу — разбитая ваза. На стене — сдвинутая картина. Ничего криминального.

Я прислушался. Из глубины дома доносились звуки: приглушённые голоса, какой-то гул, шаги. Много шагов. Люди были внутри. Живые, судя по звукам.

Я пошёл направо — туда, откуда доносились голоса.

Коридор. Ещё один коридор. Поворот. И большой зал.

Люди.

Они были везде: на полу, на стульях, на подоконниках, друг на друге. Мужчины в костюмах, женщины в платьях, дети в нарядной одежде. Семейное мероприятие. Что-то вроде праздника, обеда, приёма. А теперь — толпа напуганных людей, которые прижались друг к другу и молчали, потому что молчание было единственной вещью, которую они могли контролировать.

В центре зала стояли четверо: трое мужчин и одна женщина. Мужчины были в боевой форме «ОГО»: чёрная броня, шлемы, оружие. Женщина была в гражданском, но с планшетом в руках и наушником в ухе. Координатор.

Я вошёл, и все посмотрели на меня.

Секунда тишины. Потом один из бойцов «ОГО» вскинул оружие.

— Стоять! — крикнул он. — Идентифицируйтесь!

Я поднял руки. Медленно. Показывая, что не угроза.

— Громов, — сказал я. — Александр Громов. S-ранг. Я здесь по своей инициативе. Уведомление от «Гидры» получил.

Боец не опустил оружие. Его товарищи тоже не опустили. Координатор посмотрела на планшет, сверилась с чем-то, потом кивнула.