Книга Одиночка. Том 1, страница 90 – Дмитрий Лим

Пещера оказалась просторной, хоть и невысокой. В центре её находилось небольшое озерцо с мутной зеленоватой водой, окружённое частоколом из острых камней и костей, торчащих из земли. Над водой витал густой туман, скрывая то, что находится на дне. А на дне, судя по доносящимся звукам, было нечто весьма внушительное.

Сверившись со временем системы, прикинул: времени у меня вагон. Но оттягивать драку не имело никакого смысла. Здоровье восстановилось на две третьих части, так что не стоило откладывать босса на потом.

«Блин, ещё и выбираться обратно, придумывать чудесную историю о том, как я справился…»

Что-то мне подсказывало: разобраться с людьми во внешнем мире будет тяжело. Не в том плане, чтобы перебить их, а в том, чтобы они, как минимум, не стали меня долго мучить расспросами.

Внезапно вода в озерце забурлила, и из него медленно поднялась огромная жаба, покрытая бородавками и слизью. Её кожа переливалась всеми оттенками гнили: от блекло-зелёного до тёмно-коричневого. Местами виднелись кровавые подтёки. Глаза — мутные и жёлтые.

Тварь была огромной, размером с небольшой автомобиль. Её лапы заканчивались перепончатыми пальцами с когтями, которыми она цеплялась за скользкие камни у края озера. Из пасти, усеянной острыми зубами, торчал длинный и явно липкий язык, которым жаба лениво шевелила. От неё исходил невыносимый смрад, от которого першило в горле и слезились глаза. На спине чудовища виднелись костяные наросты, похожие на обломки позвоночника какого-то крупного существа, вросшие в плоть.

Жаболорд, похоже, не торопился нападать. Он медленно вылез из озерца, оставив за собой след из слизи, и глухо квакнул, словно приветствуя меня.

— И тебе привет, — улыбнулся я.

Босс услышал меня и поприветствовал чуть поинтереснее.

Жаболорд, раскрыв пасть, выстрелил языком. Рефлекторно я отпрыгнул в сторону, успев заметить, как липкий снаряд прилип к камню, оставив после себя дымящуюся отметину.

«Кислота!»

Уклонившись от атаки, я активировал ускорение и, приблизившись к чудовищу, нанёс серию ударов по лапе. Жаба взревела от боли, попытавшись раздавить меня своей огромной конечностью, но я, уклонившись, отскочил назад.

«Медленный», — констатировал я, анализируя движения противника.

Но медленный не значило безопасный. Один удар лапой мог запросто отправить меня в полёт, а язык, плевавшийся кислотой, представлял собой серьёзную угрозу.

Решив не испытывать судьбу, я перешел к тактике «бей-беги».

Ускорение позволяло мне с лёгкостью уклоняться от атак Жаболорда, а усиленные удары наносили ощутимый урон. Я атаковал поочерёдно разные части тела чудовища, стараясь не задерживаться на одном месте слишком долго.

Жаба яростно квакала, размахивала лапами и плевалась кислотой, но я был слишком быстр для неё. Постепенно, от удара к удару, Жаболорд становился всё медленнее и медленнее.

Квакая всё яростнее, Жаболорд начал менять тактику. Теперь он не просто плевался кислотой, а старался облить ею всё вокруг. Зелёная жижа с шипением прожигала камни и кости, превращая их в труху. Мне приходилось постоянно перемещаться, чтобы не попасть под кислотный дождь.

А также заметил, что кислота не только разъедает всё вокруг, но и оставляет на земле ядовитые лужи. Наступив в такую лужу, я почувствовал резкую боль и увидел, как здоровье начало стремительно уменьшаться.