Книга Тень Империи: Забытая Академия, страница 122 – Дмитрий Лим

— Завтра утром нашу фракцию ждёт проверка гена. Точнее, первые два курса. И ты в этом списке — самый первый.

— Ладно.

Моё спокойствие смутило девушку. Повернувшись, она посмотрела на сидящих рядом студентов, и те словно по одному взгляду поняли, что нужно срочно убраться.

Убедившись в том, что нас никто не слышит, она вернулась к разговору.

Ориана почему-то считала, что я опасаюсь этого теста на Отрешённого. Точнее, она была уверенна, что со мной не всё чисто. И её забота, если честно, смущала меня.

Чего это враг моего «рода», а точнее, представительница семьи, которой выгодна моя смерть, принимает тест так близко к сердцу?

— Ты что, совсем не боишься? — прошептала Островская, в ее голосе звучало искреннее недоумение. — Если тебя уличат, последствия будут ужасны. Ты же знаешь, что происходит с выявленными Отрешенными.

Я пожал плечами, стараясь сохранить невозмутимый вид.

— Знаю. Но это не значит, что я должен заранее себя хоронить. Если я не Отрешенный, то и бояться нечего, а если окажусь им… ну, тогда посмотрим.

Ориана нахмурилась:

— Ты понятия не имеешь, что тебя ждет. Я… просто хочу тебе помочь.

В ее глазах промелькнула тень, такая короткая, что я не успел ее рассмотреть.

Я приподнял бровь, изображая удивление:

— Помочь? Мне? Ориана, ты начинаешь меня пугать. Неужели ты настолько сильно печешься о моей судьбе, что готова пойти против своей семьи?

Ориана отвела взгляд, губы ее дрогнули. Руки, лежавшие на коленях, сжались в кулаки, выдавая внутреннее напряжение.

— Ты просто не понимаешь, — тихо проговорила она, избегая смотреть мне в глаза. — Ты не представляешь, насколько все серьезно. Думаешь, это просто формальность, какая-то глупая проверка?

В ее голосе сквозила смесь раздражения и беспокойства — словно она пыталась достучаться до несмышленого ребенка, балующегося со спичками.

— Я видела, что делают с Отрешенными. Это не просто… изгнание. Это стирание. Полное. Их вычеркивают из истории, из памяти. Их как будто никогда и не существовало.

Она замолчала, глубоко вздохнув. Через секунду закончила:

— Ты просто не знаешь…

Я наблюдал за ней, стараясь понять, что движет ею. Ее искреннее волнение казалось неуместным, нелогичным. Неужели обычная конкуренция и клановая вражда отошли на второй план перед лицом этой гипотетической угрозы? Или же за ее словами скрывалось что-то еще, что я не мог уловить?

— Я ценю твою заботу, Ориана, но… — я замолк на мгновение, подбирая слова, — Прорвёмся.

Она снова посмотрела на меня, и в ее глазах читалось разочарование.

— Ты такой… упрямый. Думаешь, все сможешь контролировать. Но это не игра, понимаешь? Это твоя жизнь. И ты рискуешь ею, даже не осознавая этого.

Она помолчала, затем добавила тихо, почти шепотом:

— Я… просто не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

Да твою мать, что происходит? Не сводя глаз с лица Островской, я ощущал себя не в своей тарелке. Наша первая встреча закончилась тем, что она мне угрожала. Затем попыталась достать меня через социальные сети. После подставила меня под удар Тани.

Теперь же она мой куратор и делает вид, что заботится? Не, в такую херню я не верю.

Несомненно, находясь в статусе куратора, она мне ничего не может. Но это же не значит, что она не попытается подставить меня вновь?