Книга Александр Черный. Книга I, страница 26 – Евгений Лисицин, Дмитрий Лим

Не успев обернуться, услышал фразу, обращенную в мою честь.

— Эй, кусок говнюка, я что, не предупреждал тебя — не появляться здесь?

К гадалке не ходи, а это обращение было в мой адрес. Гудящие постояльцы замолкли, наступила зловещая тишина. Которую нарушил цокот каблуков.

Обернулся.

Высокий радужный мужчина, возраст которого было невозможно определить, нахмурив свой намалеванный лобик, «грозно» надвигался на меня. Его высокие почти по колено, сапоги, были белого цвета на высоком каблуке, зашнурованные голубыми шнурками и выглядели совершенно нелепо.

Как и он сам, между прочим. Тонкая линия губ окрашенная в ярко-алый цвет, непонятные блестки на скулах, и…

Женственные повадки.

— Я непонятно выразился? — он встал в позу, от которой у меня вырвался смешок.

Бедро выше, бедро ниже, руки в бока, хмурый лобик…

На виселицу таких!

Осуждающе посмотрел на него и в манере последних событий — честно сказал:

— Не припомню, чтобы раньше с тобой встречался. Напомни-ка мне, как тебя зовут⁈

Ох, тут началось. Мужик с острыми ушками и длинными волосами, если его можно было, вообще мужиком назвать, петушился…

Передо мной стоял сам, мать его, граф Древесник, Эдуард фон Басэин собственной персоной. Только вот от упоминания собственной важности, в толпе послышались смешки. Он же, стараясь не подавать виду, а это у него не получалось, распинался передо мной, как курица на жердочке. Нахохлился, важный весь такой, серьезный.

А сам мельком, глаза то влево то, вправо уводил, чуть поворачивался, чтобы запомнить подлецов, смеющихся над ним.

Толком он ничего мне не сказал. Какие-то мелкие заморочки, где-то мы пересекались, выпивали вместе и прочее. Никакой подробной информации.

Но вот когда он начал переходить на личности, я не выдержал.

— Уважаемый Пэдуарт, — достаточно громко сказал я, случайно перепутав букву, чем вызвал волны смеха, — Я правда не знаю, кто вы и что вы, но, прошу… избавьте меня от ваших «лестных» слов в мой адрес. Я вас — не знаю и не помню. А теперь, извините…

Я просто повернулся обратно к старику, поймав одобрительный взгляд на своей личности. Демонесса рядом, довольно фыркнула и нахохлилась от гордости за меня.

— Не обращай на него внимания, — сказал старик, — Здесь, он не посмеет бросить тебе вызов или напакостить.

Не понимая, о каком вызове он говорил, уставился на некрупный предмет, накрытый черной тряпкой.

Что там дальше говорил этот эльф — я даже не слышал. Все мое внимание было приковано к старику, который начал объяснять.

— Тебе придется снова пройти испытание из-за долгого отсутствия. Если забыл, — это испытательный шар, — он сдернул с шара «защиту», сдул с него пылинки и продолжил, — Помню, что твой предыдущий опыт был плачевным, рекомендую, провериться вечером. Когда авантюристов будет в разы меньше. Если, конечно, не боишься насмешек в свою честь.

Насмешек я не боялся. Собственно говоря, мне вообще было наплевать, что шар покажет, и насколько это будет плохо.

Мимолетно глянул на Вику, пожирающую артефакт взглядом, протянул руку.

— Нет! — старик повысил голос, и толпа вновь притихла, — Ты куда грязными пальцами лезешь⁈

— Поспокойнее, — я сощурился, глядя на старика.

Его разъяренное лицо — удивило. Ну, у каждого человека свои заморочки, скорее всего.