Онлайн книга «Красный гаолян»
|
— Слушаюсь, госпожа, – почтительно ответил дядя Лохань. Он же уложил хозяев в гробы и с десятком работников похоронил их в гаоляновом поле. Все трудились споро, но молча. Когда они закончили, солнце уже было на западе. Вороны кружили в небе над могилой, их крылья отливали фиолетовым. Дядя Лохань сказал: — Братья, вернемся – ждите от меня сигнала и поменьше болтайте. Дядя Лохань прошел через двор, чтобы выслушать указания моей бабушки. Она сидела, скрестив ноги, на одеяле, которое сняла со спины ослика. Прадедушка принес охапку соломы и кормил его. Дядя Лохань сообщил: — Госпожа, мы закончили. Это ключи, которые носил при себе старый хозяин. Бабушка сказала: — Оставь их пока у себя. Скажи мне, а в этой деревне продают баоцзы[68]? — Продают. — Тогда сходи и купи две решетки баоцзы, раздай работникам, а когда поедят, то приведи их сюда. И принеси еще двадцать баоцзы. Дядя Лохань принес двадцать баоцзы, завернутых в лотосовые листья. Бабушка забрала их у него и сказала: — Иди в восточный двор и вели побыстрее покончить с едой. Дядя Лохань, поддакивая, попятился задом. Бабушка положила баоцзы перед прадедушкой и велела: — Съешь в дороге! — Девяточка, ты ж моя родная доченька! — Убирайся и хватит болтать! Прадед разозлился: — Я твой родной отец! — Не отец ты мне, с сегодняшнего дня чтоб ноги твоей здесь не было! — Я твой отец! — Мой отец – начальник уезда Цао, ты не слышал? — Так не бывает, чтоб ради нового отца забыть старого! Нам с твоей матерью нелегко было тебя растить! Бабушка швырнула завернутые в лотосовые листья баоцзы ему в лицо. Горячие пирожки ударили по лбу и щекам словно осколки разорвавшейся гранаты. Прадед вышел за ворота, таща за собой ослика и ругаясь на чем свет стоит: — Ах ты, девка ублюдочная! Родства не признающая! Я пойду в управу на тебя жаловаться, скажу, что ты забыла о верности и дочерней почтительности! Сообщу, что ты спуталась с разбойником и убила собственного мужа… Под звуки его ругани, которые постепенно затихали вдали, дядя Лохань привел во двор тринадцать работников. Бабушка подняла руку, поправила челку, потом одернула подол и без уверток сказала: — Вам пришлось потрудиться! Я молода, только-только начинаю сама вести хозяйство, еще пока плохо во всем разбираюсь, мне потребуется ваша помощь. Дядя Лохань, ты служил нашей семье верой и правдой больше десяти лет, с сегодняшнего дня ты будешь заведовать винокурней. Теперь, когда старый и молодой хозяева покинули нас, надо очистить стол и накрыть по-новому. В управе мой названый отец, мы не станем обижать наших братьев из зеленого леса, с односельчанами и заезжими торговцами тоже будем обращаться справедливо, так что с уверенностью заявляю, что торговля будет продолжаться. Завтра, послезавтра и послепослезавтра гасим огонь под котлами, помогите мне прибраться в доме, все вещи, которыми пользовались старый и молодой хозяева, сжечь, а что нельзя сжечь – закопать. Сегодня вечером пораньше ложитесь спать. Дядя Лохань, как ты считаешь, можно так сделать? Дядя Лохань ответил: — Сделаем все, как ты скажешь, госпожа. — Может, кто не хочет тут работать? Держать не буду. Ежели кто считает, что я, женщина, ни на что не гожусь, то пусть ищет себе другого хозяина. Работники переглянулись и ответили: |