Онлайн книга «Тринадцатый шаг»
|
Ничего не укроется от глаз директора школы, которые способны проникнуть в суть и человека, и духа. Продолжая усиленно вдавливать бунтарскую кость на затылке Фан Фугуя, он боковым зрением слева-направо охватывает близнецов. Директор школы не из тех людей, кто любит устраивать выволочки, однако он наделен сознанием, которое требует отстаивания интересов революции. Несколько минут его мыслительная деятельность ограничивается двумя работами на политическом экзамене – Сдавливание бунтарской кости обеспечивается на подсознательном уровне – Разумеется, это не могут быть твои и наши работы, мы-то пока что сумели преодолеть трясину политического экзамена, это точно работы близнецов на политических экзаменах – Ночью накануне политического экзамена им приснился один и тот же кошмарный сон: директор школы и завуч взяли по электродубинке, которыми размахивают дяди-полицейские, и встали в железных рукавицах и сапогах с высокими голенищами по обе стороны на входе в аудиторию и током испытывают каждого идущего на экзамен ученика. У каждого проходящего испытание над головой разлетались ослепительные зеленые искры – В ту ночь оба брата обоссали матрацы и одеяла – Первый вопрос: «Заполните пробелы (каждый правильно заполненный пробел – плюс один балл, каждый неправильно заполненный пробел – минус два балла): банда четырех – антипартийная группировка, в которую входят , , и »[45]. Ответ близнецов: директор школы, партийный секретарь, завуч и Чжао Дацзуй (повар при столовой)[46]. Разве не таких учеников надо отчислять? Школе надо разделаться с ними, это ты, Фан Фугуй, их поднял на восстание, подстрекал учителей и учеников составлять и отправлять наверх коллективные жалобы. А я давным-давно заприметил бунтарскую кость у него на затылке! Секретарь Лю еще гневался: так ты же его в партию продвигаешь! Ты изо всей мочи надавливаешь на бунтарскую кость, так что даже в собственных пальцах и брюхе ощущаешь жар. Такие вот ученики! Впрочем, не исключить их – тоже правильно. Они же с братом на пару выдержали экзамены в профессиональное училище, тем самым повысив на четыре процента показатели прохождения наших учеников в вузы по результатам единого государственного экзамена и выведя нашу школу на второе место по данному показателю в городе[47]. Без этих четырех процентов наша школа бесславно осталась бы на четвертом месте. За первое место дают золотую медаль. За второе – серебряную. За третье – бронзовую. А за четвертую – и пука не дают… — Стойте! – В дверях «Прекрасного мира» появляется девушка в черной фуражке, черном костюме западного кроя, черных ботинках из ослиной кожи, с кроваво-красным ободком поверх фуражки, кроваво-красным галстуком на шее, будто припудренным лицом, словно подведенными помадой губками и развевающимися на ветру волосами. – Стойте! – повторяет она недовольно. – Стойте, предъявите пропуск. Близнецы вспыхивают молниями от красоты девушки в черном, вытирают о рукава заплаканные физиономии и с большим вызовом бросают: — Разве у вас здесь тайное заведение? В похоронные бюро теперь можно только по пропускам? Мертвец – вот наш живой пропуск! Перед лицом смерти все равны! «В каком бы месте человек ни родился, все равно ото всех в конце будет одна и та же вонь!» И еще: «Некоторые живущие на деле давно уже умерли; а некоторые умершие останутся вечно живыми!» Что это ты такая мрачная? Ворона с черными перьями и красной глоткой! |