Книга Новый год и Рождество. Волшебная история зимнего праздника от древности до наших времён, страница 25 – Валерия Ильина

— Почему?

— Ну это давняя история. Родители-то ваши ее знают, а вам, наверное, самое время сейчас рассказать…

К старым игрушкам у нас особое отношение, ведь они дают нам возможность еще раз пережить впечатления детства!

Во второй половине ХХ века на смену настоящим орешкам на елках пришли стеклянные

…Декабрь 1941 года. В темной, насквозь промерзшей ленинградской квартире на краешке кровати сидят девочка лет тринадцати и ее младший брат. Оба одеты в зимние пальто с поднятыми воротниками и замотаны в шарфы так, что видны только огромные запавшие глаза и заострившиеся от голода носы: в блокадном городе нет ни отопления, ни электричества. Только печка-буржуйка, сделанная из железной бочки, немного обогревает комнату, но тепло быстро уходит, к тому же топить стараются реже: на дрова уже пущена почти вся мебель и что будет дальше – неизвестно.

На столе – стеклянная банка, в которой когда-то, в лучшие времена, хранили крупу; но сейчас в ней стоят голые ветки то ли липы, то ли клена.

— Ну что? – раздается из-за спин детей едва слышный голос. – Наряжать собрались?

— Да, мам, – отвечает девочка. – Сейчас вот отдохнем немного и нарядим. Жалко, что не еловые ветки, но уж что есть.

— Еловые сейчас не больно найдешь, – авторитетно заявляет мальчик. – Из них, говорят, отвар делают и пьют – чтобы зубы не шатались.

Женщина, закутанная в одеяло, пытается приподняться на кровати и посмотреть на стоящие на столе ветки.

— Да… – шепчет она. – Ну и праздник у нас… Ну и Новый год…

— Ничего, – стараясь говорить бодро, девочка поправляет подушку под маминой головой и, пошатываясь от слабости, идет к выходу из комнаты. – Сейчас нарядим – будет повеселее. Петя, иди сюда! Поможешь игрушки достать!

Общими усилиями брат и сестра достают из кладовой фанерный ящик и открывают крышку. Внутри, переложенные клочками ваты и мятыми газетными листами, лежат елочные игрушки. Простые и дешевые, которые были в каждой ленинградской семье, – но сейчас, в блокадном городе, этот фанерный ящик кажется настоящей шкатулкой с сокровищами.

Внезапно девочка вздрагивает, как будто вспомнив что-то важное, и начинает копаться в ящике дрожащими руками, разгребая позвякивающие игрушки и разбрасывая в стороны клочья бумаги и ваты. Радостно вскрикнув, она вытаскивает с самого дна нечто маленькое и блестящее.

— Неси молоток! – командует она брату. – Где-то в прихожей должен лежать!

— Машка, – опасливо смотрит на нее Петя, – ты с ума сошла?

— Смотри. – Маша подносит к носу брата грецкий орех, оклеенный фольгой, с нитяной петелькой сверху. – Что это?

— Ну орех…

— Правильно. А как мы их делали, ты помнишь?

Петя помнил. За несколько лет до войны он был совсем еще карапузом, но «помогал» делать елочные игрушки, в изготовлении которых принимала участие вся семья. Тогда эта семья была гораздо больше… Однажды мамин брат привез с юга большой пакет грецких орехов. И часть их решили пустить на новогодние украшения. Обычно орешек, предназначенный на елку, осторожно располовинивали при помощи ножа или отвертки, вытаскивали съедобное ядро, а потом вкладывали между половинками скорлупы петельку из ниток или тесьмы и склеивали их. После чего обертывали орех фольгой. Но в тот раз несколько орехов не стали раскрывать – просто закатали их в фольгу и прилепили к ней петельки. И именно эти орехи сейчас могли спасти жизнь трех человек.