Книга Книга Блэквелла. Лощина Грешников, страница 44 – Николь Фиорина

Жители города один за другим заполняли зал: как знакомые лица, вроде Мины Мэй, доктора Морли, Агаты Блэквелл, так и те, кого я не знала или видела лишь на улице.

Джона пояснил, что я тоже обязана бывать здесь по понедельникам. Мы втроем уселись с краю центрального ряда. Под низкими потолками зазвучали разговоры. Я повернулась: Грешники Лощины стояли у задней стены, скрестив руки.

Джулиан смотрел вперед, но стоило мне посмотреть на него, и вены на его руках вздулись. Под моим взглядом он едва мог сосредоточиться.

Стоило мне закрывать глаза, и я вспоминала тот сон. Призрак… Джулиан. Цвет черного льда и смородины… Джулиан. Предзнаменования смерти и деревья… Джулиан. Кровь и черные крылья, что липли к коже в темноте жуткого леса… и Джулиан, Джулиан, Джулиан.

Оно казалось таким реальным, насколько реальным могут быть сны… насколько все может быть реальным во сне. Стоило этой чепухе проявиться в голове, и она вдруг обрела смысл.

Я все еще чувствовала холодные прикосновения пальцев к шее, его дыхание на своих губах и невероятный ужас, который вырвал меня из его объятий.

Остановиться я не могла, как и избавить себя от этих воспоминаний. Теперь в моем зловредном воображении жил Джулиан – и даже не знал об этом. Что бы ни появилось в моей голове, я прошла этот путь вместе с ним.

Раздался удар молотка – бам! Что тут же привлекло внимание. На трибуне стоял старик: его коричневый парик был идеально зачесан набок.

— Мы начинаем! – возвестил он с ослепляющим авторитетом.

Разговоры стихли.

— Это собрание пройдет со всем уважением. Я не потерплю повторения прошлого месяца.

Джона прошептал мне на ухо:

— Это Августин Прюэтт, один из четверых членов Совета, что управляет городом. Считай, они тут закон.

Я кивнула, не отводя взгляда от мистера Прюэтта: тот продолжал.

Он говорил о предстоящих праздниках, о новостях Плачущей Лощины, о последствиях шторма.

В зале раздавались стоны, охи и ахи: люди реагировали на каждое его слово, соглашаясь или споря. Старик держался очень прямо в своем вязаном жилете поверх синего блейзера. Он был приятным на вид, и в уголках его глаз и рта разбегались морщинки.

Рядом с мистером Прюэттом стояла Агата Блэквелл. Чуть подальше стояла женщина, которую я никогда прежде не видела, и мужчина в белой пластиковой маске мима. На его худые плечи падали светлые волосы.

— Кто это? – прошептала я Джоне, кивнув в сторону странного создания рядом с мистером Прюэттом.

— Кларенс Гуди. Он тоже в Совете, вместе с Агатой Блэквелл и Виолой Кантини.

Разговоры сменились обсуждением мелких проблем жителей. Со своего места встал хозяин продуктового магазина – его вызвал мистер Прюэтт.

— Что будем делать с моим окошком? – Он яростно потряс кулаком. – Пусть платит город! Буря пробила мне окошко и четверть всего промочила! Чо будете делать с этим, Прюэтт?

Плечи Джоны затряслись в беззвучном смехе.

— Гус Хобб – тот еще скряга. Всегда требует от города денег. Рынок ведь такая необходимая вещь.

Он снова усмехнулся. Жители города в основном потеряли интерес к спору, закатив глаза и оглядываясь друг на друга.

— Присядь, Гус, – раздраженно протянул мистер Прюэтт. – Мне стоит напомнить тебе о том, что ты уже две луны не платил городской сбор? Ты сам оплатишь и налоги, и разбитое окно. А до тех пор рынок будет закрыт. Грузовик, что приедет на этой неделе, оставим в восточном крыле, и город покроет стоимость еды… но и то, что жители купят, вернется в фонд. Вот мой тебе совет, Гус: возьми себя в руки, или с грузовиком мы будем поступать так каждый раз.