Книга Бухта Тихая. 30 лет нетихой жизни, страница 70 – Дмитрий Киселев

Все необходимое было доставлено в Тихую согласно заявкам Кремера, однако в количестве, не превышающем 70 % от требуемого. Наибольшую ценность представляли запасные части, позволившие восстановить вышедший из строя в июне 1940 г. ветрогенератор. Ремонт был проведен как нельзя кстати: последующие события сделали Д-12 основным источником энергии для подзарядки станционных аккумуляторов. Выгрузив годовой запас продовольствия, пароход ушел на о. Рудольфа, а на обратном пути оставил зимовщикам Тихой дополнительные 20 тонн угля. Еще одним ценным подарком были два двигателя, уступленные полярными станциями о. Рудольфа и мыса Желания. Восстановленные Плосконосовым, они стали резервом в вечной борьбе Тихой за обеспечение электричеством.

Самолет Ут-1 Н-215 в б. Тихая, ок. 1938 г. Из альбома Б.А.Кремера, 1938–1940 гг.

Источник: РГАЭ, ф.572, оп.1, д.63, л.136

Накануне Великой Отечественной войны поселок обсерватории состоял из 27 зданий и сооружений различного возраста и степени сохранности. Некоторые из жилых «домов» лишь с трудом могли претендовать на это звание – к таковым относились два самолетных ящика, наскоро утепленные в памятную зиму 1937–1938 гг. Единственной капитальной постройкой обсерватории, которая в 1940 г. не требовала ремонта, была сколоченная И. Битрихом кладовая боеприпасов. Научное оборудование обсерватории было нестандартным и не обновлялось в течение длительного времени – многие приборы были установлены еще при Папанине в преддверии 2-го Международного полярного года. Длительная эксплуатация привела к сильному износу ряда инструментов, особенно в части, касавшейся проведения работ на открытом воздухе. В хорошем состоянии находилось только оборудование магнитного павильона – немецкое качество молчаливо демонстрировало свои достоинства.

Ледокольный пароход «А. Сибиряков» в б. Тихая, сентябрь 1940 г.

Из альбома Б.А.Кремера, 1938–1940 гг. Источник: РГАЭ, ф.572, оп.1, д.63, л.82

Причинявшая столько хлопот всем начальникам Тихой аккумуляторная батарея Ж-33, состоявшая из 55 элементов, не только славилась ничтожной емкостью, но и размещалась в холодном помещении, что еще более снижало ее производительность. Более достойно выглядело радиооборудование базы: имелись один коротковолновый и три длинноволновых передатчика, запасная приемо-передающая станция, а также завезенная в 1937 г. станция МРК-08. Последняя, впрочем, не работала из-за отсутствия батарей. Приемники коротких и длинных волн подлежали замене, однако ее не было и радисты вновь и вновь продлевали жизнь дряхлой аппаратуры.

Транспортные средства, имевшиеся в распоряжении персонала станции, состояли из трактора ТЗ, плохо заводившегося и пожиравшего огромное количество топлива, а также собак, которых не хватало на запряжку даже одних нарт. К счастью, с окончанием поисков Леваневского потребности в дальних поездках у зимовщиков Тихой почти не было. Собачья компания окончательно превратилась в «службу безопасности», отгонявшую от станции медведей. Наконец, годность хозяйственно-бытового инвентаря станции была оценена Михайловым на уровне не более 40–60 %, а противопожарные средства отсутствовали полностью!

Все эти проблемы являлись оборотной стороной героического штурма Арктики. Решение геркулесовых задач носило авральный характер и не снимало с коллективов полярных станции обязанности проведения рутинных работ, что требовало от каждого зимовщика колоссального напряжения сил – иногда, как в случае с радистом Вознесенским, это бремя оказывалось непосильным. Амбициозные экспедиции обеспечивались всем лучшим, что имелось в закромах Главсевморпути, а снабжение полярных станций стало осуществляться по остаточному принципу. Конкретно в Тихой хаотичное руководство морскими операциями 1937 г. аукнулось перенаселением обсерватории, которое, в свою очередь, закономерно привело к усиленной аммортизации ее жилого фонда и имущества в течение всего одной зимы.²¹³