Книга Тёмная фея Офелия и песнь ночи, страница 51 – Геза Шварц

Тиберий кашлянул.

— Но что-то пошло не так, верно? – спросил он и снова кашлянул, когда Офелия с осуждением посмотрела на него.

— Вскоре после этого мой наставник умер, – продолжал Август. – Мы с Филоменой стали хранителями амулета. Многие чародеи пытались его найти, но безуспешно, потому что наш учитель наложил на амулет некое мощное маскирующее заклятие, это был очень сложный ритуал. В этом заклинании заключалась и его последняя жизненная сила. С момента его смерти защитная магия начала слабеть и однажды погасла окончательно. Сила же Адамаса только росла, и однажды ночью он со своими тенями выследил нас.

Офелия вся сжалась, подумав о Каироне. На миг ей показалось, что она снова чувствует прикосновение ледяной руки и холод, распространяющийся по всему телу.

— Я до сих пор отчётливо вижу Адамаса перед собой. – Август смотрел куда-то вдаль. – Тень без лица, от него веяло таким холодом, что я едва мог дышать. Он потребовал Амулет Ночи, и я понял, зачем он ему нужен. В амулете заключалась та же мощь тени, которую я чувствовал, находясь рядом с Адамасом. Часть силы Адамаса была привязана к амулету, что делало его практически неуязвимым. Но только до тех пор, пока амулет был в его распоряжении. Теперь же, когда амулет у него забрали, источник его силы мог стать опасным оружием против него же самого. Неудивительно, что он так рвался вернуть его. Не важно, какую цену пришлось бы заплатить.

— Ясное дело, – пробормотала Офелия. – Боялся, что амулет теперь может его серьёзно ранить, возможно, даже вообще уничтожить.

Август кивнул.

— Он предложил нам присоединиться к нему и помочь уничтожить завесу между мирами. Сказал, что такие искусные чародеи могли бы ему пригодиться, и не так уж важно, что мы – люди. Мы отказали. Адамас только холодно усмехнулся и велел своим теням атаковать нас. Завязалась битва. Мне удалось ранить Каирона магическим хлыстом, и он отступил во тьму, из которой вышел. Но с Адамасом мы справиться не могли. Он взмахнул рукой, и холод парализовал меня. Казалось, теперь ничто не помешает ему забрать амулет. Но вот на его пути встала Филомена.

В этот момент Офелия будто сама увидела чёрную тень, сверкающий амулет и смелую красавицу Филомену с развевающимися волосами.

— Она схватила амулет, – хрипло проговорил Август, – и наложила на него новое заклятие. Адамас, к счастью, этого не заметил. А потом она оглянулась на меня и прошептала: «Я тебя люблю». Никогда не забуду её невероятную светлую улыбку в тот момент.

Офелия тоже видела, как улыбается Филомена. Сколько решимости было в её улыбке, каким ясным и твёрдым был её взгляд!.. Офелии вдруг стало тепло от этой последней улыбки Филомены. А в её глазах читалось: «Я знаю, что делаю. И я должна это сделать, потому что это правильно». И у Офелии не было сомнений, что она знала, что делала.

— Адамас убил её быстро, – едва слышно сказал Август. – Думаю, она даже не успела почувствовать боль. Но до сих пор перед глазами эта картина: моя Филомена, моя любовь, медленно падает во мрак, а я не могу ей помочь, не могу её удержать…

Офелия сидела неподвижно и смотрела, как Филомена падает поверженная. Падает беззвучно, как лепесток. И это падение казалось ей бесконечным. А тень Адамаса всё росла, и Офелия испугалась, что она сейчас задохнётся.