Книга Тёмная фея Офелия и песнь ночи, страница 45 – Геза Шварц

Тут же она крепче сжала кулаки. О нет, тёмную фею, земного чародея и ворона-гения так просто не одолеть! Приспешники Адамаса ещё увидят, на что они способны!

Она с силой прижала ладонь к груди тени, атаковавшей её, и призвала на помощь оставшуюся в ней магию. Да, большого урона она нанести не могла – искры просто немного обожгли кожу противника и прожгли дырку в плаще. Однако и этого было достаточно, чтобы тень отпустила Офелию, и, освободившись, она уже не теряла зря времени.

— Тиберий, купель!

К счастью, ворон сразу догадался, что она задумала. Взмахнув крыльями, он бросился на две тени, которые уже готовились атаковать их, и рубанул по ним клювом. Офелия ринулась к купели. Краем глаза она заметила Августа, который по-прежнему бился с Каироном, но сейчас, с раненой рукой, ему приходилось намного тяжелее. Тиберий сгонял тени всё ближе к двум дуэлянтам. Офелии всё это было только на руку. Вот уж сейчас-то она могла бы использовать остаток магических сил по максимуму! Офелия чуть наклонила таз и затем с силой толкнула его. С грохотом он упал на пол, святая вода разлилась.

— Август, прыгай! – крикнула Офелия, устало опускаясь на колени.

Он заметил искры, которые скользнули с кончиков её пальцев, и быстро среагировал, зацепившись за люстру, висевшую прямо над ним. Его меч погас и пропал. Офелия же прижала ладони к мокрому полу и быстро произнесла заклинание. Блестящие искры начали распространяться по воде и теням. Каирон пытался высвободиться, но было слишком поздно. Потрескивая, искры подняли его и спутников высоко в воздух.

— А теперь – на кладбище! – скомандовала Офелия. – Пусть теперь с призраками мёртвых псов воюют!

Она видела, как Каирон поднял свой меч, но затем искры вспыхнули так ярко, что она сама невольно зажмурилась. Вся церковь наполнилась шумом и шелестом, будто начался проливной дождь, а потом тени исчезли. На полу ещё осталось несколько искр, которые вскоре погасли.

— Аллилуйя! – издал торжествующий крик Тиберий и описал круг почёта над алтарём. – Показали мы этим дурачкам, чёрт возьми, показали!

Офелия поднялась на ноги и убрала волосы со лба.

— Здесь нельзя ругаться – это же церковь.

Тиберий смущённо покосился на распятие, затем перелетел к ней на плечо.

— Но мы же им показали, – проговорил он чуть тише. – Ничего более грандиозного ты ещё не делала, поздравляю.

Офелия смущённо улыбнулась.

— Ты же сам всегда говоришь: главное – правильная мотивация. – При этом она чувствовала, что дело тут не только в мотивации. Чувствовала, что что-то не так, – она поняла это, ещё когда произносила заклинание. Ладони и пальцы всё ещё слегка покалывало от магии, и в какой-то момент ей пришло в голову, что, вероятно, и прикосновение капель дождя будет таким же, если, конечно, он когда-нибудь перестанет обжигать её кожу. Таким же нежным, но одновременно с этим диким и прекрасным. Тут она заскрипела зубами. Почему она снова думает о дожде?!

Август спустился на пол и перевёл дыхание.

— Святая вода, – пробормотал он, глядя на лужи на полу, которые довольно быстро высыхали, и покачал головой. – Я, конечно, читал о её необычных свойствах, но понятия не имел, что это действительно работает… А куда это ты их телепортировала? На Грайфрайерс, верно же?

Офелия кивнула.