Книга Тёмная фея Офелия и песнь ночи, страница 116 – Геза Шварц

Она купила большой мешок пыльных орешков и покинула подземный мир. Пока она бежала по пустынным улочкам города, она всё думала о письме от дедушки, которое пришло ей сегодня утром. Конечно, он уже тоже знал о том, что случилось. Письмо было без слов. Вместо букв там оказалось кое-что другое: пёстрый дубовый лист, покрытый серебристой пылью.

На её глаза невольно навернулись слёзы. Это был символ мечтателей, старый подарок Мино. Она не знала, что её дедушка нашёл этот лист, когда она отпустила его по ветру, потому что очень тосковала по брату. А дед его тогда сохранил… Офелия вдруг отчётливо увидела его перед собой: старого воина, нежно держащего листочек в руке, и глаза его в этот момент блестели невероятной теплотой. Точь-в-точь как у Августа.

Она улыбнулась, думая о портрете дедушки, который висел в рамочке у её двери. Сегодня утром ей даже показалось, что он улыбается ей в ответ. Скоро она его навестит в нагорье, скоро она отправится домой. Но прежде ей нужно было кое-что сделать. И она не сомневалась, что он будет гордиться ею после этого поступка – ведь он и сам всегда шёл своей дорогой, невзирая на то что ему говорили.

Наверху тоже царила суматоха. Настало время ежегодной полуночной ярмарки Потустороннего мира. Гоблины собирали фундук и виноград, битва за самые лакомые кусочки была в самом разгаре. У цветных палаток толпились волшебные существа, торопливо запихивая угощения в пакеты или съедая их тут же, на ходу. Некоторые оживлённо болтали со старыми знакомыми, останавливаясь прямо на дороге и не давая возможности другим пройти. И всё же Офелия сразу заметила ту, кого искала.

Филиппа, как всегда, сидела на своей скамеечке, в убогих лохмотьях, вся растрёпанная. Многие гости ярмарки смотрели на неё с осуждением, качая головами, иные говорили о ней пренебрежительно. Молоденькие феи считали, что выглядят очень забавно, когда передразнивают старуху Филиппу. Совсем недавно Офелия и сама смотрела на неё свысока. А сейчас она даже не замечала растрёпанных волос и рваной одежды, помня тёплый, чуть резковатый голос старой феи, в котором заключалась невероятная сила. А в её огненном взгляде скрывались все тайны мира. Но сейчас, правда, Филиппа не смотрела в сторону Офелии.

— Может, она нас не заметила? – предположил Тиберий. Офелия только рассмеялась.

— Она заметила нас ещё в тот момент, когда мы вышли из дома, – уверенно ответила она, точно зная, что именно так всё и было. Под изумлёнными взглядами волшебных существ она направилась прямо к Филиппе и только посмеивалась про себя. А ведь совсем недавно она боялась, что её заметят рядом с полусумасшедшей Филиппой. Она всегда задавалась вопросом, почему эта старуха сидит посреди рыночной площади, где каждый может её увидеть, унизить и посмеяться. Почему бы ей не вести беседы с маленькими зверьками где-то в другом месте… Теперь она понимала, что Филиппа выбрала такое место не случайно. Она сидела именно на этой скамеечке не затем, чтобы наблюдали за ней, а затем, чтобы самой наблюдать за всеми со стороны.

Офелия почти добралась до старой феи. Но Филиппа по-прежнему не поднимала на неё глаз. Она беседовала с маленькой белой крысой, которая понимающе склонила голову набок.

Офелия села рядом, поставив мешок с пыльными орешками себе на колени. Тиберий с интересом разглядывал крысу, и тут вдруг до Офелии донёсся тоненький голосок, заглушающий все изумлённые замечания окружающих. Сердце её так и подпрыгнуло, когда она поняла, что слышит настоящий голос крысы, хотя и очень тихий.