Книга Метамышление. Как нейронауки помогают нам понять себя, страница 55 – Стивен М. Флеминг

Как и любой мощный инструмент, метапознание можно направить как на созидание, так и на разрушение^[144]. Если метапознание работает хорошо, оно может значительно улучшить нашу повседневную жизнь. Кажущиеся несущественными решения, принятые на метакогнитивном уровне, иногда имеют огромное значение. К примеру, иногда мне приходится решать, сколько времени уделить подготовке к новой лекции о моем исследовании. Если я буду готовиться всю неделю, то, возможно, повышу шансы прочитать хорошую лекцию, но ведь это отвлечет меня от проведения самих исследований, из-за которых меня и приглашают выступать! Я должен обладать развитым метакогнитивным мышлением, чтобы понимать, куда вкладывать свое время и энергию, основываясь на знании своих слабостей в различных областях. Но если мы действуем под влиянием метакогнитивных иллюзий, эффективность может пострадать. Если бы мне казалось, что читать лекции у меня получается ужасно, я мог бы потратить всю неделю на ненужные репетиции, не оставив времени на другие аспекты работы. И напротив, излишняя самоуверенность и отсутствие подготовки могли бы привести к позорному провалу в ходе выступления.

И вновь хорошую метафору силы метакогнитивных иллюзий дарят нам пилоты самолетов. Обычно, когда все в порядке, различные уровни самомониторинга самолета действуют согласованно. Системы нижнего уровня – автопилот и приборные панели – докладывают пилотам, что самолет летит горизонтально на высоте трех тысяч километров. Нет причин не верить этому. Но в исключительно сложной ситуации, известной как иллюзия Кориолиса, из-за густой облачности пилотам иногда кажется, что полет проходит с креном, когда на самом деле их приборы (справедливо) сообщают им, что они летят горизонтально и прямо. Попытка исправить иллюзорный крен может закончиться для самолета неприятностям. Считается, что этот фактор сыграл свою роль в гибели Джона Кеннеди – младшего, легкий самолет которого разбился над островом Мартас-Винъярд. Сейчас курсантам летных училищ постоянно рассказывают про существование таких иллюзий и советуют не сомневаться в приборах без веских оснований.

Чтобы защититься от метакогнитивных иллюзий, попробуйте последовать примеру летчиков. В ситуациях, когда самосознание может оказаться нарушено, нам нужно предпринять шаги, чтобы сохранить относительно незамутненный взгляд на самих себя. А именно: не стоит торопиться делать слишком большую ставку на метапознание, если другие источники (например, реакция наших друзей и близких) сигнализируют о том, что мы сбились с курса.

Как это часто бывает в науке, начиная понимать закономерности некого явления, мы можем задуматься о его практическом применении. Во второй части книги мы рассмотрим роль самосознания в том, как мы обучаем наших детей, принимаем ответственные решения, работаем в команде и расширяем возможности искусственного интеллекта. Вы не найдете там руководства по самосовершенствованию с однозначными ответами. Наука о самосознании редко прямо говорит нам делать А и не делать Б. Но я надеюсь, что, поняв, как работает самосознание – особенно почему оно дает сбои, – мы сможем научиться лучше использовать его.