Книга Две судьбы. Счастье на осколках надежды, страница 32 – Анна Ковалева

— Да, — я нервно вздрогнула. — Ты прав. Спасибо, Сашка очень рад будет и роботу, и поезду. Только выдадим ему их после ужина. А то поесть не заставишь.

— Да не вопрос. Куда спрятать пакет?

— Вон туда, на самую верхнюю полку.

Знакомство с Сашей вышло запоминающимся, конечно. Я пыталась объяснить ему вчера, что наш гость будет похож на папу.

Но это сходство и ребенка поразило.

— Ну, привет, Саша, — Марк присел на корточки и протянул моему сыну руку. — Будем знакомы? Меня зовут Марк, и я друг твоей мамы.

— Привет, Марк, — сын важно пожал протянутую руку, склонил голову набок и начал пытливо рассматривать Ларионова. А потом выдал шедевральное. — А ты точно не мой папа?

Я охнула, Марк смущенно кашлянул, а Елизавета Михайловна всхлипнула и вытерла глаза платком.

Из ступора, вызванного детским вопросом, первым вышел Марк.

— К моему большому сожалению, нет, Саш. Я не твой папа. Но с радостью буду твоим другом. Если ты захочешь.

Саша поморгал, помолчал, осознавая услышанное. И спросил упрямо:

— Но я же видел фотографии… Ты выглядишь точь-в-точь как мой папа.

— Да, я действительно очень похож. Но просто похож.

— А почему? Разве так бывает? — сын по-детски прямо и честно пытался разобраться в ситуации, и теперь уже у меня в глазах стояли слезы.

— А этого я не знаю. Никто не знает. Просто такое совпадение.

— Вообще никто не знает? Даже все взрослые в мире?

— Боюсь, что так, — Марк потрепал Сашку по голове. — Даже взрослые не на всё знают ответ. Так что, будем дружить?

— Ну раз ты похож на папу и знаешь мою маму, то будем, — гордо кивнул сын, и тут мы с Марком улыбнулись синхронно.

Дети — такие дети. У них своя, особенная логика.

У Елизаветы Михайловны уже глаза были на мокром месте, когда мы вошли в гостиную.

И она сказала просто, сев рядом с Сашей.

— Меня зовут Лиза. Но я буду рада, если ты будешь звать меня бабушкой…

— Прости, — снова шепнул Марк, оценив мой ошарашенный вид. — Твой Санек так похож на меня, что мама уже считает его своим внуком.

— Еще одна бабушка? — у сына загорелись глаза. — Это круто!

Вопросы родства Сашку в этом плане не интересовали.

Он уяснил, что Марк ему не папа, и ему этого хватило, а разбираться, откуда взялась третья бабушка, он не стал.

Ему было это неважно, ему хотелось, чтобы у него эта бабушка была.

Для меня это всё выглядело странно, но я видела, с какой любовью и нежностью смотрит на моего сына Елизавета Михайловна.

И это несмотря на то, что знает, что по крови он ей чужой. Хоть и выглядит как Марк в детстве.

И видела, с какой радостью смотрит на нее Сашка. Как же, целая новая бабушка…

И подумала: а разве это плохо, если в мире есть еще один человек, который будет любить моего сына?

А кровь. Да что та кровь… Иногда она бывает жиже воды. Зов сердца и души — вот что важно.

Я чувствовала, что Елизавета Михайловна уже впустила Сашку в сердце и душу. И кто я такая, чтобы этому мешать?

— Не извиняйся, — так же тихо ответила Марку. — Я не против, если твоя мама будет относиться к Сашке как к внуку. А ты…

— А я тем более не против. У тебя замечательный пацан растет, — Марк улыбнулся и заправил мене за ухо выбившуюся прядку волос. — Пусть у него будет еще одна бабушка.

В этот момент в квартиру вошла моя мама, открыв дверь своим ключом.