Книга Обнулённый 5, страница 86 – Макс Гато, Виктор Рэн

Шу объявила, что, как и ожидалось, западные дома не приедут вовсе. Это подтвердилось из трёх мест. Ни Подгорный, ни два дома вдоль Ржавой реки не прислали ни людей, ни бумаг, ни даже отговорок. Про это говорили вполголоса и с оглядкой, потому что не прислать бумагу на собрание домов — это уже не случайность.

А вот Бертран принес весть, откуда не ждали. Он был в районе квартир Ханы, и решил заглянуть к ней. Но, как оказалось, Хана уже съехала, и вся делегация Шторрена в целом вела себя довольно тихо. К чему они готовились, было непонятно.

Когда обмен новостями практически подошел к концу, в дверь негромко постучали. Мы переглянулись, и к выходу отправилась Шу. Через несколько мгновений она вернулась внутрь и показала письмо, запечатанное гербом Красса.

— Позови Лилиану, — попросил я.

Шу оставила письмо на столе и направилась наверх. Вскоре спустилась Лилиана и сломала печать за столом, при всех, без предисловий. Я видел, как менялось её лицо.

— Что там такого? — спросил я.

— Вам лучше это услышать самим, — Лилиана откашлялась и начала произносить вслух: «Дорогая Лилиана. Надеюсь, дорога из лагеря не слишком тебя утомила. Я всё ещё под впечатлением от охоты и, признаюсь, вспоминаю её с удовольствием, какого давно не испытывала».

Берт хмыкнул.

— «Особо хочу поблагодарить нашего Касселя», — продолжила Лилиана. — «Двор в долгу перед ним, и я надеюсь, что раны его не слишком тяжелы. Передай ему мои пожелания скорейшего выздоровления и мою признательность. Такие люди в Крассе наперечёт, и я рада, что один из них оказался под твоим присмотром».

Интересное использование слова «нашего». Лилиана не обратила на него внимания и перевернула лист.

— Дальше про погоду, — сказала она. — Про то, что осень в этом году ранняя. Что в следующий раз она надеется принимать меня в лучших обстоятельствах.

— И больше ничего? — уточнил я.

Лилиана дочитала последние строки про себя. Потом положила бумагу на стол и разгладила её ладонью.

— А в конце, — выдохнула она, — напоминание, что завтра в полдень в малом зале замка собираются дома Красса. И что я обязана привести тебя с собой для награждения при свидетелях.

Утро я потратил на то, чтобы привести себя в состояние, в котором можно показаться людям. Лазарь сменил повязки, осмотрел ладонь и сообщил, что рана затягивается хуже, чем ему хотелось бы. Плечо он затянул потуже, чтобы я не смог его потревожить даже случайно. Бедро перебинтовал заново.

Бриться мне пришлось правой рукой, и вышло скверно. Благо, мои терзания прервала Шу, и ее ловкие руки побрили меня в два счета. Правда, ее глаза уж слишком часто опускались к частям моего тела, которые в бритье не нуждались.

Благо, на охоту я отправился в комбинированном доспехе, а не в камзоле, как и подобало охотнику. Так что камзол был в полном порядке, хотя той же Шу пришлось помочь мне в него влезть, учитывая раны и повязки. К полудню я выглядел как человек, которого хорошо помяли, но который об этом совершенно не жалеет.

Лилиана же, как и всегда, выглядела безупречно. В этот раз ее платье была алого оттенка цвета кармина, что однозначно свидетельствовало о ее предрасположенности к дому Красс. В нашем же случае, внешность была обманчива. Я подал ей руку и мы вдвоем уместились в карету, вести которую вновь вызвался Бертран. Его роль телохранителя лилианы вопросов не вызвала.