Книга Обнулённый 5, страница 14 – Макс Гато, Виктор Рэн

В этот момент мои размышления прервала отворившаяся в конце зала дверь.

— Леди Лилиана Блэквуд, — произнёс появившийся человек Красса.

Я простился с Ханой кивком, и вместе с нами из зала исчез и шпионивший за нами человек за стеной. Нас неторопливо провели по нескольким коридорам, прежде чем подвели к залу для приемов. Настолько неспешно, что мне показалось, что мы сделали маленький круг, прежде чем прошли по последнему коридору. Когда мы оказались перед крепкой деревянной дверью, человек Красса доложил караульным солдатам о нашем приходе.

Но сразу за этим одна из створок отворилась и оттуда появился знакомый персонаж. Знакомый не только тем, что я уже видел его раньше. Это был особо любопытный человек, который шпионил за нами совсем недавно и которого я не смог разобрать с помощью «Звериного чутья».

Седые волосы, зачёсанные назад. Дорогой камзол. Прямая спина и высоко поднятый подбородок. Это был лорд Вернер, переговорщик Красса, сидевший напротив меня за столом в Шторрен-форте около луны назад.

Вернер обвёл нашу делегацию глазами. И сделал вид, что меня не узнал.

— Леди Беатрис ожидает вас, — сказал он Лилиане.

Лилиана кивнула и проследовала вперед. Шу пошла следом, на небольшом отдалении.

Я даже не стал пытать свою удачу и молча отошел к стене, чтобы не перекрывать проход. Вернер пропустил дам, закрыл за ними дверь и быстрым шагом удалился по коридору. Мне он не уделил ни секунды лишнего внимания.

Я остался один. Теперь исход разговора с Беатрис зависел от самой Лилианы.

* * *

Комната оказалась меньше, чем Лилиана ожидала.

Она готовилась к тронному залу, к дюжине придворных вдоль стен и к разговору через длинный пустой стол, как это часто бывало в придворных домах. Вместо этого её привели в покой с четырьмя окнами, тяжёлыми шторами и круглым столом на двоих, на котором стояли чайник, две чашки и блюдо с сушёными фруктами.

Ни стражи. Ни писарей. Ни даже служанки, кроме её собственной.

Вернер закрыл за ней дверь и остался снаружи. Рилл… нет, Кассель, как она зареклась называть его даже в мыслях на все время пребывания в Талвеге, проводил ее обеспокоенным взглядом. По крайней мере ей хотелось верить, что он за нее беспокоился.

Беатрис Красс сидела у стола и поднялась, когда Лилиана вошла.

Первое, что Лилиана отметила, это рост. Беатрис была ниже её на полголовы, хотя в детстве они были почти одинаковые, и это почему-то сбило её сильнее всего остального. Она девять лет держала в голове девочку, которая лазила по деревьям, и эта девочка должна была вырасти выше.

Второе — волосы. Рыжие, тяжёлые, уложенные в сложную причёску, стоившую для слуг долгих часов работы

Третье — глаза. Лилиана видела голубые глаза и раньше. У неё самой в роду по материнской линии когда-то были голубоглазые родственники. Но эти были голубыми так, что от них веяло холодом.

— Лилиана, дорогая, я рада тебя видеть — сказала Беатрис.

И улыбнулась.

Улыбка была настоящая. Лилиана сотни раз видела вежливые улыбки, натянутые улыбки, улыбки, за которыми прячут раздражение, и умела отличать их с первого взгляда. Эта была настоящая, тёплая и немного растерянная.

— Леди Беатрис, — присела в реверансе Лилиана.

— Ох, перестань, — Беатрис обошла стол и взяла её за обе руки. — Мы с тобой знакомы с самого детства, и после того случая с разбитой в восточном крыле вазой я настрого запретила тебе называть меня «леди».