Книга Волчий клан 2, страница 105 – Валерий Муллагалеев

Он погрузился в апейрон с головой, по телу его пробежали зеленые молнии — видимо, он продолжал что-то колдовать… А потом апейрон кристаллизовался: тело Челищева разорвало на десятки частей, каждая из которых оказалась в отдельном кубе-кристалле.

И голова.

Вокруг нее образовались гладкие стенки, словно ее поместили в маленький аквариум. Лицо его исказилось в гневной гримасе и застыло.

В земной пучине послышался нарастающий гул. Это не было просто звуком, скорее квинтэссенцией всех чувств, что есть у человека или волколака.

Говорят, животные чуют приближение землетрясения и других катаклизмов. Вот и я чувствовал. Окончание этого гула означало титаническое извержение. Счет шел на секунды.

И не такие метели в харю летели!

(Хотя нет, это самый большой кабздец, в котором я бывал.)

Я припечатал кольцо к ближайшему кристаллу.

Метка никак не хотела появляться на аморфной, еще не до конца застывшей поверхности.

— Давай, с-с-с-ука! — прорычал я сквозь сжатые зубы.

Выходит, я тоже маг, поскольку заклинание сработало.

На кристалле проступил след волчьей лапы.

Я схватил под мышку голову Челищева — отличный сувенир, если выживу.

А выжить я собирался во что бы то ни стало.

Волчья тропа устремлялась в пространство изломанным вихрем вперед и вверх, на километр, не меньше. Навьяр говорил, что тропы используют естественные природные искажения пространства, а здесь эти искажения создавались в реальном времени.

Конец тропы был там, где я оставил предыдущий след — наверху, рядом с порталов из Бездны.

Упустить тонкую линию — значит вывалиться кто-то посреди разлома, упасть с высоты, помереть еще до взрыва. Это означала одно: не упускать эту чертову линию. А еще бежать очень быстро.

Вижу цель, не вижу преград — того, кто это сказал, я бы… Ар-р-р-р-гх!

Я вступил на Волчью тропу.

Очертания мира расплылись, дышать стало трудно. Как будто, блядь, до этого было все четко и дышалось нормально!

Я чувствовал, что не успею. Если буду бежать по тропе дурацкими человеческими ногами.

Момент смертельной опасности, состояние аффекта сработали почти как полнолуние. Ярость насильно превратила меня в астрального волка — тощего, поджарого, созданного для одной единственной цели — бежать быстрее ветра.

Быстрее взрыва.

Вперед, Жоряныч!

Сжимая в пасти куб с головой Челищева я рванул с места, перескакивая с одной линии на другую, без всякого участия сознания, полностью отдавшись звериной интуиции.

Каждый исполинский скачок семикратно умножался.

Я забыл, что такое дыхание между прыжками — весь растворился в непрерывном движении.

Я не видел перед собой ничего, кроме красной линии, я летел по ней как электронный сигнал по проводам.

В сумрачной изнанке мира, где пролегала тропа, раздался взрыв.

Звук был приглушенный, словно под толщей воды. Значит, те несколько секунд, что у меня есть, чуть-чуть растянутся. Либо я проживу на мгновение дольше, либо…

Я вылетел в естественное пространство и увидел врата, нарисованные Челищевым. После его смерти портал медленно стягивался, осталось уже небольшое окошко.

Никогда бы не подумал, что астральные лапы могут болеть от напряжения.

Ныряя в жерло портала, я ощутил, как кончик моего хвоста испепелило во вспышке взрыва.

Надеюсь, Навьяр вовремя понял, чем дело пахнет, и ушел подальше Волчьими тропами…