Книга Волчий клан 3, страница 31 – Валерий Муллагалеев

— Но сделал свои выводы, — закончил я.

— А что бы ты сделал на моем месте, а?

— Я на своем месте.

— Вот именно. Я маг, мне неподвластна Ярость, я искал силу и власть так же, как и ты, о наивный экологичный волколак.

Мне закралась странная мысль, что если бы Челищев был волколаком, то сделал бы для нашего племени больше, чем Сигмар, который как будто свихнулся на своем принципе невмешательства. С другой стороны, Сигмару порядка тысячи лет. Кто из них знает о природе Ярости и мира больше — тот еще вопрос.

Как бы то ни было, сейчас я занимаюсь не проблемами мироздания, а свои собственные дела.

Что насчет Атрагосии? — спросил я.

— О-о-о-о, — зашелся в ностальгическом возгласе Челищев. — Атрагосия, великая и ужасная. Погребенная под землей, дабы не повадно было туда соваться всяким магам и тем паче волколакам. Что ты хочешь там найти, Лютиков?

— Оказываю одолжение графу Каменскому.

— Каменские… Я еще застал их величие. Сейчас чахлый провинциальный род, копошащийся в выработанных рудниках, а раньше то были грозные маги.

— Князья при дворе?

— На кой им столица, где титулы добываются языком во всех смыслах этого слова? За Каменскими был весь север — то, что сейчас зовется Северным Наместничеством. Они никогда не были политиканами. Рудники и змии — реальная мощь без лизоблюдства. Богатство и сила. Но с Героическим веком ушли змии, кончилась власть Каменских.

— Граф как раз-таки хочет достать в Атрагосии яйца змиев.

Челищев на некоторое время умолк. По кристаллу пробежал сиреневый блик, рожденный изнутри.

— Как бы тебе не аукнулась эта затея, Лютиков. Если он возродит змиев, то твоя шкура первой и подгорит. Змий — тварь магическая, но огонь его самый настоящий.

— А их реально возродить?

— Ты говоришь с головой, заключенной в кристалл кварцума. Как ты думаешь, что еще возможно?

— Я видел в музее Каменского змииное яйцо. Никто до сих пор не вылупился.

— В Атрагосии могут найтись яйца посвежей, знаешь ли. Скаломор — последний змий был погребен в Атрагосии сравнительно недавно, всего несколько веков назад. А змии твари живучие, почти как волколаки. Не удивляйся, если встретишь там его потомков… или его самого.

Я задумался. Взамен Каменский подключит к поискам Гардарота Исследовательский Корпус. Стоит ли авантюра того?

— Может, ты и о Гардароте знаешь? — спросил я с надеждой. — Это древняя твердыня волколаков.

— Не слыхал. Я книжник, а волколаки не блещут сочинением трактатов. Сплошной фольклор — так сказать, сказки и предания малых народов Державы.

— Ясно. Что ж, спасибо. Быть может, принесу тебе интересную книгу из руин Атрагосии.

В голосе Челищева слышалась усмешка:

— Почему-то я был уверен, что мое предостережение тебя не остановит.

— О тебе меня тоже предостерегали.

* * *

Утром из кухни потянуло запахом сырников.

В дверь моей спальни постучали. Инесса спряталась под одеяло с головой и уткнулась мне в грудь горячими губами.

— Кто там? — сказал я.

— Я, барин, — ответил Ефим. — Госпожа Громова зовет всех на завтрак.

Я глянул на часы, висящие над камином. Семь утра. Бесстыжая маг куратор назло приготовила завтрак раньше срока. Вот уж досадила, так досадила!

— Спасибо, идем, — отозвался я.

— Странное дело, — пробормотала Инесса. — Чего это она задумала? Отравить нас?