Книга Волчий клан 3, страница 117 – Валерий Муллагалеев

— Почему ты мне веришь? — тихо спросила она.

— Потому что я чую вранье.

Проснулся Игорь — дернулся, первым делом схватился за меч, потом огляделся и успокоился.

Я сказал:

— Влада. Что с тобой происходит?

— Не знаю, — вздохнула она.

— Я же сказал, что чую вранье.

Она отвела взгляд.

— Тут все свои, — сказал я. — Вчера отряд мог погибнуть из-за твоих выкрутасов. Я имею право знать, что происходит. Все мы. А ты имеешь право рассказать. Тебе это нужно.

— Откуда тебе знать, что мне нужно? — в ее голосе прорезались прежние интонации.

Я взвел курок револьвера.

— Потому что формально ты предательница.

Игорь настороженно глянул на меня. Снял нагретое своим телом одеяло и накинул на плечи Владе, подсел ближе.

— Расскажи, — мягко проговорил он.

И она решилась.

Голос у нее был ровный, однако пальцы теребили край одеяла.

— Меня в детстве лечили… Мне было шесть, когда я начала слышать голоса. Родовые. — Она усмехнулась, глядя перед собой. — У нас в семье это не редкость, Громовы — старинный род, из исконных державных. У нас есть особенность. Предки иногда говорят через потомков. Дедушка гордился. Мама пугалась.

— Медиум, — сказал я.

Она вскинула на меня глаза.

— Кто тебе сказал?

— Неважно.

— Рюмин, — констатировала она без злобы. — Ну конечно.

Она помолчала и продолжила:

— Это не чернокнижие, но Магический Сенат это дело не признает. Дар медиума вне академической магии. Он не поддается систематизации, его нельзя выучить, нельзя вписать в ранги. Чтобы сохранить графские регалии, наш род еще давно согласился на искоренение дара.

— Правящая верхушка любит контроль, — кивнул я. — Оказывается, у нас с тобой есть кое-что общее.

Ее губы дернулись.

— Меня лечили четыре года. Настойки, обряды, запирающие практики… профессор из Университета приезжал два раза в месяц. Учил ставить преграду. Не слушать. Не отвечать. К десяти годам я перестала слышать пращуров. Меня объявили здоровой и отдали в гимназию.

— Но ты не перестала, — прошептал Игорь.

— Я перестала слышать всех, — сказала Влада. — Кроме одной.

В комнате стало очень тихо.

— Ее я слышала с самого начала. Она приходила чаще других, но в отличие от других никогда не была ласкова. Я думала — прабабка, но она оказалась на тысячу лет древнее. — Она сглотнула. — Профессор провел ментальную операцию. Окружил меня внутренней стеной. Но…

Я молчал.

— Но она осталась внутри, — сказала Влада.

Игорь сидел не шевелясь.

— Ее зовут Ведана. Больше двадцати лет она со мной. Это как… как всё время держать в руках что-то тяжелое и никогда не ставить на пол. Ни во сне, ни в ванной, ни на экзамене. Это, знаете ли, влияет на характер. Иногда я не знаю, кому принадлежат мои мысли и чувства.

— Она забирает контроль? — спросил я.

Влада хмыкнула.

— Возможно. Провалы бывали и раньше. Редко, час-два, ничего страшного. Потом я не могу вспомнить, что происходило. Они бывают, когда я теряю ментальный контроль. — Влада подняла на меня глаза. — Лютиков, я не знаю наверняка, как получила направление в Красные Родники. Я запрашивала кураторство в Магическом Сенате, но в последний момент мне отказали, потому что Канцелярия направила своего человека. А потом я обнаружила себя в поезде на север…

— То есть ты не работаешь на Канцелярию, — кивнул я. Мои подозрения подтвердились.