Книга Мифы близкого будущего, страница 12 – Джеймс Грэм Баллард

Однажды, после того как шторм взбаламутил морской песок, Мелвилл стоял на балконе пляжного домика. Вдыхая щекочущий ноздри воздух, он пытался стряхнуть с себя гнетущие сны, какими была наполнена прошлая ночь, этот клубок безумных метафор. Обнажившееся морское дно перед ним было усеяно обломками ржавого металла. Это были части бывшего самолета, вырванные штормом из песка. Не обращая внимания на Хелен, наблюдавшую за ним из окна спальни, Мелвилл вышел на пляж и зашагал по волнистому песку, считая фрагменты карбюратора, выхлопного коллектора, триммера и хвостового колеса, которые валялись вокруг него, будто нарочно брошенные отливом его снов.

Вокруг него уже сгущались другие воспоминания, фрагменты, – он в этом не сомневался, – принадлежавшие жизни другого человека, подробности истории воображаемого пациента, чью роль он был вынужден играть. Откапывая из дюны свою «крепость», сметая щеткой песок с цилиндрического стабилизатора многорядных двигателей, он вспоминал другие самолеты, с которыми приходилось иметь дело, бескрылые машины.

Наконец бомбардировщик был полностью освобожден из-под песка. Понимая, что его труды фактически завершились, Мелвилл открыл нижний люк позади носовой турели. С той самой минуты, когда он откопал из песка кабину пилота, его не отпускало желание пролезть в разбитое ветровое стекло и занять место за штурвалом. От дерзкого поступка удерживало лишь воспоминание о «мессершмиттах». Впрочем, теперь, когда с ним рядом Хелен Уинтроп, ничего не страшно.

Швырнув на землю лопату, он тяжело зашагал по песку к пляжному домику.

— Хелен! Иди сюда! – Он с гордостью указал на видневшийся на гребне самолет, теперь полностью свободный от песка. Крылатая машина лежала на брюхе, как будто на краю взлетного пандуса. Хелен Уинтроп пыталась остудить восторг Мелвилла, однако тот упорно вел ее вверх по коварному склону, придерживаясь для устойчивости за веревку.

Когда они пролезли в люк, он в последний раз обернулся на обнаженное морское дно, усеянное ржавыми останками самолетов. Внутри фюзеляжа они осторожно обошли барбет верхней турели, переступая через куски старой экипировки, спасательные жилеты и коробки с боеприпасами. После всех его трудов внутренности фюзеляжа казались Мелвиллу волшебной беседкой, гротом или пещерой внутри некой древней машины.

Сидя рядом с Хелен в кабине пилота, счастливый, что она рядом с ним – как будет рядом с ним и во время их перелета через Тихий океан, – он продемонстрировал ей приборную доску, подвигал дроссели, покрутил штурвалы управления триммером.

— Итак, баки заправлены, оборудование работает исправно, машина готова к взлету!

Хелен обняла его за плечи, пытаясь оттащить от приборной доски. Мелвилл явственно услышал, как в его голове заурчали двигатели «Летающей крепости».

Он как будто смотрел кино. Ему вспомнились годы, когда он был летчиком-испытателем, и его первая, неудачная миссия в качестве астронавта. По какой-то злой иронии судьбы он стал первым астронавтом, с кем в космосе произошел нервный срыв. Его бессвязное бормотанье напугало миллионы телезрителей по всему миру. Казалось, кошмарный образ человека, сходящего с ума на орбите, включил некий давно забытый внутренний механизм высвобождения эмоций.

Позднее тем же вечером Мелвилл лежал у окна своей спальни, глядя, как спокойное море медленно накатывает на песчаное дно. Он вспомнил, как Хелен Уинтроп оставила его в кабине, как бросилась на поиски доктора Лэнга. Хотя тот и был осторожен, в своем общении с Мелвиллом он добился не бóльших успехов, нежели доктора из института авиационной медицины, пытавшиеся излечить своего пациента от навязчивых идей, будто он видел кого-то четвертого на борту трехместного судна. Эту загадочную фигуру, не то человека, не то птицу, он якобы убил. Получается, он также стал первым космическим убийцей? После выписки из госпиталя Мелвилл дал себе слово, что совершит свое большое путешествие, первое, внешнее, на остров Уэйк, и второе, внутреннее, по планетам своего сознания.