Книга Наследник Тумана. Том 2, страница 43 – Сергей Карелин

«Хозяин думает о женщине с ножом», — пришло от Мары.

— Думаю.

«Она враг?»

— Не знаю.

«Если враг, Мара порвет ей горло».

Я посмотрел на рысь.

— Сначала спросим.

«Потом порвем?»

— Потом посмотрим.

Мара недовольно фыркнула. Ее звериная логика явно считала мой подход излишне мягким.

Остаток утра я провел за ноутбуком. Для начала открыл карту района, где находился особняк Волконских, затем принялся искать фотографии. Телефон положил рядом, чтобы не пропустить Пономарева, но тот пока не звонил.

Особняк располагался рядом с набережной Москвы-реки, недалеко от Кремля. Высокая ограда закрывала территорию от улицы, а деревья мешали рассмотреть флигели даже на снимках сверху. Я увеличивал изображение, пытаясь найти малый флигель, о котором говорил адвокат, но мог только гадать. Отметил для себя служебный въезд и сохранил карту. Хоть какая-то польза.

В светской хронике фотографий нашлось больше, но снимали в основном гостей на фоне главного дома. Я пролистал несколько подборок с приемов и задержался на одном кадре. Чуть в стороне от остальных стояла черноволосая девушка в платье, которое выглядело скромнее других. Пока гости смотрели в объектив, она повернулась к кому-то за краем снимка.

Я узнал ее раньше, чем прочитал подпись. В голове на миг возникло что-то знакомое, и я подался ближе к экрану. Алена. Сестра Койота.

На фотографии она выглядела спокойно, и от этого стало еще неприятнее. Сейчас она находилась где-то в этом доме, а я даже не знал, выпускают ли ее из комнаты. Хотелось немедленно позвонить Пономареву, поторопить его, но я удержался. Если бы он договорился о встрече, уже сообщил бы.

Я сохранил снимок отдельно и закрыл ноутбук. Плана пока не было, и несколько часов над картой его не заменяли.

К обеду проголодался, поэтому сварил пельмени. Мара получила еще мяса и после еды улеглась возле кухни, видимо, решив не отходить далеко от холодильника. Я убрал посуду и попробовал немного размяться. После долгого сидения затекла спина, но уже на первом наклоне потянуло бок. Пришлось выпрямиться и опереться ладонью о стол.

— Ладно, зарядка отменяется, — проворчал я. — Обойдемся прогулкой до дивана.

Мара подняла голову.

«Хозяину сказали лежать. Хозяин не слушает».

— Я не штангу поднимал, всего лишь наклонился.

«Ране все равно».

— Заметил. Спасибо, что не предлагаешь отправиться лечиться в Туман.

«Там быстрее».

— Даже не начинай.

Я устроился на диване, подложив под спину подушку, и еще раз проверил телефон. Сообщений не было. Оставалось ждать, хотя после разговора о сестре это давалось все труднее.

Вечером включил телевизор и почти сразу пожалел. Показывали благотворительное мероприятие для семей погибших на маршрутах «Госэкспресса», а перед журналистами стоял Дмитрий Волконский.

Он говорил о погибших охранниках, обещал помощь их близким. На нем были идеально сидящий костюм. Дмитрий не запинался и держался спокойно, лишь иногда опускал глаза, когда речь заходила о жертвах нападения.

— Род Волконских поможет семьям погибших пассажиров и сотрудников «Госэкспресса», — сказал он. — Сейчас важно, чтобы люди не остались со своей бедой один на один.

Камера прошла по залу. Возле столов с закусками разговаривали гости, официант разносил шампанское. Потом снова показали Дмитрия: он склонился к пожилой женщине в черном и что-то ей сказал, придерживая за локоть. Та кивнула и вытерла глаза платком.