Книга После моей смерти началась месть, страница 31 – Марина Исайр

Раль сглотнул.

— Я подпишу всё. Но последнюю фразу нужно изменить.

— Почему? — Грейвс прищурился.

— У состава было основание. — Лекарь посмотрел на меня. — Не медицинское. Магическое.

Тишина стала плотнее.

— Объясните.

— В сопроводительной записке было сказано, что наследница Вейр «слишком крепко держит отклик крови». Я не должен был понимать эту формулировку, но понял. — Раль запнулся и всё-таки договорил: — Состав должен был не просто ослабить наследницу, а сделать её магию… послушнее чужому направлению.

— Послушнее? — северная травница резко втянула воздух.

Адриан побледнел от гнева, а Каэль не сказал ничего, и от его молчания стало только страшнее. Я медленно села, потому что теперь не чувствовала ни холода, ни боли. Осталась одна ясность.

— Тогда записывайте именно так. — Я посмотрела на Грейвса. — Состав предназначался для нарушения свободного отклика крови наследницы Вейр.

— Это серьёзное обвинение.

— Хорошо. Пусть серьёзные люди начнут беспокоиться.

На подписание ушло двадцать минут.

— Здесь перепишите, — Грейвс спокойно подвинул Ралю лист после того, как дрогнувшее перо второй раз оставило кляксу. — Полностью.

— Вы понимаете, что я едва держу перо?

— Понимаю. И всё же суду будет удобнее читать показания, а не угадывать их.

Северная травница тем временем забрала пузырьки и списки трав, а Мира исчезла раньше, чем я успела дать новое поручение. Вернулась она с короткой запиской в пальцах.

— Люди у дома Элсмеров видели Берна. Он отправил мальчишку в лечебный квартал.

— Когда?

— Недавно.

Я забрала записку.

— Следите.

— Уже.

Когда Раля увели в гостевую комнату под охраной людей Каэля, в малом зале осталось слишком много тишины.

Я положила ладонь на подписанные показания.

— Первое доказательство.

— Первое прямое, — поправил Грейвс.

— Этого мало?

— Для суда мало.

— Для начала?

— Достаточно, — мрачно усмехнулся Адриан.

— Миледи, продолжать осмотр лекарств графини? — северная травница уже собирала сумку.

— Да. Всё, что она принимала за последние пять лет. Отдельно проверьте всё, что могло ослаблять волю, вызывать зависимость или влиять на отклик крови.

— Будет сделано.

— И ни слова о крови Вейров за пределами этого дома.

Травница впервые склонила голову по-настоящему.

— Я служу лорду Адриану, а старые тайны умею держать зубами.

— Надеюсь, зубы у вас крепкие, — сказал Адриан.

— Крепче, чем терпение, милорд.

— Тогда мы поладим.

Томас открыл дверь, пропуская её наружу, а Грейвс начал собирать бумаги.

— Миледи, показания лучше убрать в нижний сейф до утра.

— Нет. Сделайте две копии. — Я придержала один из листов, не позволяя ему убрать его в папку. — Одну оставим здесь, вторую отправим в королевскую лечебную коллегию, но без части о крови. Только закупки, составы и незаконное назначение. Пусть Рован думает, что мы бьём по лекарю и Селесте.

— А на самом деле? — Каэль наконец посмотрел на меня прямо.

— Смотрим, кто первым попытается вытащить доктора Раля из дома Вейров.

— Вот это уже похоже на охоту, — довольно усмехнулся Адриан.

— Нет. На охоте зверь хотя бы знает, что за ним идут.

У двери Мира едва заметно улыбнулась.

Когда Грейвс вышел, в зале остались я, Адриан, Каэль и Мира. Томас закрыл дверь снаружи.

Я медленно опустилась на стул.

— Я почти сказала лишнее.