Книга Брачное агентство Миры Роун. Дом выбрал вам судьбу, страница 85 – Марина Исайр

— Вам нельзя идти дальше, — тихо сказала Миранда, заметив, как Виола на мгновение покачнулась.

— Я ещё стою, — отозвалась та, не отводя взгляда от моста.

— Едва. И это был не вопрос.

— Тогда я не обязана отвечать.

Кайран не стал вмешиваться в спор сразу. Он внимательно осмотрел потемневший рукав и лицо Виолы, словно прежде, чем заговорить, хотел собрать достаточно фактов.

— После архива клятва усилилась? Боль постоянная?

— Терпимая, — ответила Виола, чуть приподняв подбородок.

— Это не ответ.

— Единственный, который я готова дать посреди улицы.

Кайран принял отказ без дальнейших вопросов, однако взгляд его стал жёстче.

— Если клятва замкнётся полностью, Вы потеряете не только свободу на год.

Миранда резко повернулась к нему.

— Что значит «не только свободу»?

Виола молчала слишком долго, и это молчание ответило раньше слов.

— Год службы семейному кругу Тернов — не домашний надзор и не выполнение поручений, — пояснил Кайран. — Виолу заставят участвовать в обрядах семьи, проводить через неё защитные контуры, подпитывать фамильные печати, очищать долговые связи и исправлять чужие клятвы. Фактически её станут использовать как источник магии.

— Это не убивает сразу, — тихо сказала Виола, продолжая смотреть на воду.

— Как великодушно с их стороны, — отозвалась Миранда слишком спокойным голосом.

— Такой год может стоить ведьме десяти лет жизни, иногда больше, — продолжил Кайран. — Если круг забирает силу грубо, остаются провалы в памяти, постоянная слабость и неспособность проводить сложные обряды. Для молодой ведьмы это не служба, а медленное истощение.

Злость поднималась в Миранде не горячей волной, а холодом. Теперь всё встало на свои места. Виола не просто боялась строгого отца и не хотела провести год под надзором семьи. Её собирались лишить сил, прикрываясь словом «обязанность». Терны не теряли дочь — они получали живой источник магии, который можно было использовать ради рода.

— Почему Вы не рассказали об этом сразу? — спросила Миранда, повернувшись к Виоле.

— Потому что люди хуже воспринимают правду, когда она звучит слишком некрасиво, — усмехнулась та одними губами. — Я решила не тратить время на ужас.

— Виола.

Ведьма наконец посмотрела на неё. В тёмных глазах не было просьбы о сочувствии, только усталость, гордость и сдерживаемая злость.

— Пока клятва действует, я почти ничего не могу сделать напрямую. Если выступлю против отца, она воспримет это как предательство рода. Если ударю по Орвину — как препятствие исполнению семейного договора. Если попытаюсь силой сорвать обряд, взыскание начнётся раньше срока. Я могу объяснять, искать слабые места и помогать Вам видеть связи, но не могу сама разорвать этот узел. Год службы кругу — не наказание за отказ. Это способ сделать так, чтобы после него я больше не смогла отказаться ни от чего.

Миранда промолчала, потому что первая пришедшая в голову реплика была одновременно неприличной и юридически бесполезной. Вокруг продолжал шуметь город, проезжали повозки, переговаривались торговцы, плескалась вода, а посреди этой повседневности стояла женщина, которой собственная семья приготовила год медленного уничтожения за право сказать «нет».

— Значит, мы не позволим клятве сработать, — произнесла Миранда наконец.