Книга Брачное агентство Миры Роун. Дом выбрал вам судьбу, страница 38 – Марина Исайр

— У него есть чувство издевательства, — возразила Миранда. — Юмор там скорее побочный продукт, который появляется случайно и обычно за мой счёт.

Лира рассмеялась свободнее, и её лицо сразу стало моложе, живее, теплее. Не мягким — Миранда уже понимала, что мягкость была не самым точным словом для этой женщины, — скорее открытым, как сад после дождя, где земля ещё тяжёлая, но листья уже блестят на солнце.

В этот момент она впервые поняла, почему амулет Маркеля мог отреагировать именно на Лиру. Травница не была хрупкой девицей, которую капитану предстояло спасать, и не собиралась восхищаться его мундиром. В ней имелись собственная сила, порядок и уверенность, а за настороженностью в глазах скрывалось что-то, о чём Лира пока не желала говорить. Рядом с ней мужчина, привыкший контролировать происходящее, неизбежно сталкивался с человеком, которого невозможно было ни построить, ни запугать должностью.

Дом, похоже, обожал именно такие случаи: чем сильнее люди отрицали даже возможность связи и чем увереннее доказывали, что прекрасно обходятся друг без друга, тем охотнее он открывал дело и начинал вмешиваться. В Маркеле и Лире было достаточно упрямства, независимости и взаимного раздражения, чтобы обеспечить агентство работой надолго, однако Миранда пока не видела в этом ничего романтического. Лишь двоих взрослых людей, которых столкнула непонятная магическая реакция и которые предпочли бы обвинить друг друга, чем спокойно разобраться в её причине.

Улыбка Лиры постепенно исчезла, и лицо снова приобрело привычное сдержанное выражение. Она выпрямилась, положила ладонь на стол и посмотрела на собеседницу так серьёзно, словно хотела раз и навсегда обозначить границу, которую не позволила бы переступить ни брачному агентству, ни его слишком деятельному дому.

— Я не нуждаюсь в паре, госпожа Роун, — произнесла травница спокойно, но в её голосе не осталось и следа недавнего веселья. — Ни сейчас, ни в обозримом будущем. Поэтому, какую бы связь ни придумал Ваш дом, рассчитывать на моё участие ему не стоит.

— Мирана, — машинально поправила Миранда и лишь после этого осознала, насколько легко новое имя сорвалось с её губ. Ещё вчера оно звучало чужим и почти болезненным, словно принадлежало женщине, место которой она заняла без разрешения. Теперь же она произнесла его прежде, чем успела задуматься, и от этого внутри появилось странное ощущение — не принятие, но первый признак опасного привыкания. — Называйте меня Мираной. «Госпожа Роун» пока звучит так, будто Вы обращаетесь не ко мне, а к кому-то, кто должен стоять у меня за спиной и объяснять, что здесь происходит.

— Мирана, — повторила травница. — Я живу одна, работаю одна и отвечаю только за себя и свои заказы. Меня устраивает такой порядок. Мне не нужен мужчина, который станет переставлять мои банки, спрашивать, почему я возвращаюсь поздно, или объяснять, как следует вести дело, в котором он ничего не понимает.

— Понимаю.

— Не думаю.

— Ошибаетесь, — спокойно ответила Миранда. — Я тоже не просыпалась с мыслью, что мне срочно нужны дом, кот, долги и агентство, подбирающее людям судьбу без предварительного согласия. И я не собираюсь убеждать Вас, будто жизнь в одиночестве обязательно неполноценна. Дом может заметить связь, амулет — отреагировать, а книга — открыть дело, но решение всё равно принадлежит Вам.