Книга Беспощадная Игра, страница 18 – Джо Бреннер

Я был слишком возбужден тем, что собирался с ней сделать.

Пора начинать игру.

Авива

— Не плачь. Что бы ни случилось, не плачь. И не поддавайся ему.

Я была в ярости. Униженная, напуганная и совершенно сбитая с толку реакцией собственного тела. Я никогда не оказывалась в подобном положении, а теперь лежала полуголая, связанная, во власти самодовольного хоккеиста, который, похоже, считал себя центром вселенной.

Я не хотела, чтобы мой первый опыт близости с другим человеком оказался таким. Не хотела ничего из того, что происходило.

Как, чёрт возьми, я здесь оказалась? Как всё успело настолько выйти из-под контроля?

И почему какая-то предательская часть меня воспринимала потерю контроля как освобождение?

Я всегда отвечала за всё. Тётя Глэдис болела всё то время, пока мы жили у неё, поэтому заботы легли на нас с Ашером. Я хотела, чтобы брат сосредоточился на хоккее, и взяла на себя дом, счета, покупки, готовку. Всё до последней мелочи. Я настолько привыкла держать жизнь в руках, что даже представить не могла: когда-нибудь отсутствие контроля вызовет во мне что-то, кроме ужаса.

От этой мысли становилось страшно. Реакция тела не означала согласия. Мне не нравилось то, что он делал. Я не выбирала этого.

Что со мной не так?

Нет. Вопрос был не во мне. Вопрос был в Джеке.

Он стоял надо мной, уверенный в собственной власти. У меня болели челюсть и горло, а унижение жгло сильнее любой боли.

— Слишком просто, — произнёс он почти будничным тоном.

Я вздрогнула от его прикосновения и стиснула зубы.

— Перестань, — попросила я.

Он остановился.

— Тогда скажи, зачем ты здесь.

Я промолчала. Джек воспринял молчание как вызов и снова принялся мучить меня, чередуя болезненные прикосновения с короткими паузами. Он внимательно следил за каждым моим движением, словно пытался доказать, что знает обо мне больше, чем я сама.

— Знаешь, что я думаю? — спросил он. — Ты молчишь, потому что не хочешь, чтобы я остановился.

— Ты ничего обо мне не знаешь.

Он усмехнулся.

— Тогда расскажи.

Я отвернулась. Он не заслуживал ни ответа, ни объяснений.

— Тебя хоть кто-нибудь когда-нибудь доводил до такого состояния, принцесса?

Я не ответила.

— Так и думал.

Его самодовольство было невыносимым. Когда он снова причинил мне боль, я вскрикнула и попыталась отстраниться, но путы не позволили.

— Джек, пожалуйста.

— Скажи, зачем пришла.

Если я расскажу ему правду, он может предупредить Джошуа Дженсена. Тогда тренер насторожится, уничтожит следы, а я так и не добьюсь справедливости для Ашера. Мне нужно было сохранить свои намерения в тайне и застать Дженсена врасплох.

Я медленно вдохнула и закрыла глаза, стараясь отгородиться от Джека, от его голоса, от ощущения полной беспомощности. Но он лишь усилил давление.

Это было слишком.

Я закричала.

— Нет!

— Тогда говори.

Но я не могла.

Я снова зажмурилась, приготовившись к новой боли. Вместо этого он неожиданно отстранился. На мгновение мне показалось, что всё закончилось.

Я ошиблась.

Он переместил меня по скамейке и продолжил издевательство. Я сопротивлялась, насколько позволяли связанные руки, но Джек был сильнее. Он то отступал, то вновь приближался, намеренно лишая меня возможности понять, что произойдёт в следующую секунду.

В раздевалке пахло застоявшимся потом. Где-то гудела вентиляция. Я цеплялась за эти мелочи, лишь бы не думать о происходящем.