Книга Прочнее оков, страница 29 – Ольга Куно

— Нам надо будет как следует тебя одеть, - заметила я, когда мы въехали в Лигард через южные ворота. – Разыщем портняжную мастерскую. Времени мало, но они как правило продают и готовую одежду. Подгонят что-нибудь на месте, если понадобится.

Он ничего не ответил, лишь сосредоточенно глядел в одну точку. Посторонние женщины неоднократно подбирали ему одежду, но я об этом как-то не подумала.

Добравшись до центральной части города и пару раз обратившись с вопросом к прохожим, производившим впечатление местных, мы выяснили, где найти модное ателье высокого класса. По внутреннему убранству и выставленным на обзор клиентов костюмам я сразу поняла: здесь незазорно купить наряд даже самым знатным господам.

— Чем могу быть полезна? – осведомилась невысокая, но бойкая женщина лет сорока пяти с портновским метром, висящим на шее.

— Нужно одеть вот его, - указала я на Альдрига. – Срочно. К сегодняшнему вечеру.

— О, вы отправляетесь на приём в замок! – просияла портниха.

— Вы весьма проницательны.

— Да какое там! Просто мы уже сшили несколько платьев как раз для этого приёма. Я так полагаю, готовая одежда подойдёт?

— Разумеется.

— А вам, госпожа, платье не нужно? У нас есть несколько прекрасных вариантов.

— Нет, благодарю. У меня всё есть.

— Понимаю.

Портниха окинула Альдрига профессиональным взглядом, прикидывая размеры, кликнула помощницу, дала какие-то распоряжения, и та отправилась за одеждой. Хозяйка лавки предложила нам подождать в уютных креслах с мягкой обивкой. Она и дальше то и дело посматривала в нашу сторону, и я могла без всякой ментальной магии прочитать её мысли: зачем госпоже тащить на бал простого охранника? Пусть даже он чрезвычайно хорош собой, но должны же, право слово, соблюдаться хоть какие-то приличия. Мне эти её мысли были совершенно безразличны. Равно как и приличия.

Затем принесли одежду, и Альдрига вежливо попросили проследовать за ширму для примерки. Когда он вышел, я внимательно оглядела результат. Кремовые брюки и жилет того же цвета, льняная белая рубашка с высоким воротником, тёмно-синий фрак. Образ завершал белый шейный платок.

— Повернись, - попросила я.

Он послушался. Каменное лицо ничего не выражало, от богатой обычно мимики не осталось и следа.

— Платок, пожалуй, снимите, - обратилась я к портнихе, - это чересчур. И сюртук слишком свободно сидит по спине – можете забрать в талии?

— Разумеется, госпожа, - почтительно ответила она. – Вы всё очень тонко подметили.

Из лавки я вышла, полностью довольная. Покупки нам донесли до фаэтона, и, загрузившись, мы отправились в отель. Можно было обойтись и постоялым двором, что вышло бы подешевле, но я рассудила, что на приём к первым людям города следует отправляться из более приличного места.

В комнате можно было передохнуть, умыться и подготовиться к выезду. В моём сундуке имелось подходящее платье: тёмно-зелёное, неплохо перекликающееся с цветом брюк и жилета партнёра, в должной степени сдержанное и в должной – чувственное. Я подобрала к нему украшения и веер, нанесла макияж. Конверт хранился там же, где и прежде.

Как я ни любила свой фаэтон, для поездки в такое место пришлось нанять карету с кучером. Ровно в восемь часов вечера мы въехали по подъёмному мосту на территорию замка.

Внешность, как известно, обманчива. Если снаружи казалось, что нас доставили в допотопную, тяжеловесную и не слишком гостеприимную крепость, внутреннее убранство буквально кричало о современности, лёгкости, тепле и самой последней моде. Звучали вальсы, кадрили, современные переложения популярных оперных арий. Дамы в платьях ярких, насыщенных цветов – красный, зелёный, синий, фиолетовый, пастельные тона в этом сезоне были неактуальны. Мужчины в одежде более сдержанных оттенков, зато с привлекающими внимание элементами, такими как жабо, высокие воротники, изящно завязанные шейные платки. На некоторых – новинка из области модного костюма, так называемые фраки. Как на мой вкус, немного нелепо, особенно в сравнении с классическим сюртуком, но, впрочем, наверное, эти мои слова напоминают старческое брюзжание о том, что «в наше время всё было лучше».