Книга Любовь Владыки. Курортный роман с последствиями, страница 14 – Ева Кофей, Хель Сорго

Ладно, нужно будет просто поздороваться, забрать сумку и отойди туда, где можно будет привести себя в порядок.

Подплывая ближе лягушкой, Люба всё явственнее замечает неладное.

Лежит какой-то человек, не разобрать женщина или мужчина, волосы довольно длинные для парня. А ниже пояса…

Огромная рыбина!

Сердце тут же реагирует на происходящие неистовой тряской. Хочется закричать, позвать на помощь, но что-то будто не даёт это сделать, как бывает иногда в дурных снах.

Так, нужно взять себя в руки. Что это такое, акула? Она ведь не так опасна на суше, верно? Боже, что если она уже всё отгрызла и проглотила…

Любе почему-то страшнее думать о том, что придётся видеть это, пусть даже размыто, чем от мысли, что рыбина откусит что-нибудь и у неё.

— Эй, ты живой! — зачем-то спрашивает, уже почти доплывая до берега.

С надеждой, что этот день не начнётся с мертвеца!

Она, запыхавшись, выбирается из цепких лап моря и хватает рыбину за хвост.

Действительно, ничего не перепутала. Холодный, скользкий плавник!

Только зелёный, странно...

Бедный мужчина.

Как это произошло?

Его точно не было на берегу раньше. Значит он сражался с акулой, пока она пыталась держаться на воде?

Акула! Здесь акула! Нужно срочно предупредить всех!

И нельзя её выбрасывать в воду, нужно оттащить в сторону, чтобы засохла.

Люба так и делает с большим трудом. Но тварь не хочет отпускать свою добычу. Мужчина волочится за этой тушей.

А что если она делает ему только хуже? Нет, так не пойдёт, надо кого-нибудь позвать.

На всякий случай, она что есть силы пинает рыбину. Может быть, тогда тварь разомнёт челюсти?

Раздаётся булькающий стон. Не акулий…

— Кам… Кам, — пытается сказать что-то мужчина, открыв глаза.

Люба точно видит, что он приоткрыл веки, в них растворяется солнечный свет, делая их ещё более яркими.

— Камба… ла. Не… тронь. Хвост. Рана.

— Ой, боже, ты всё-таки жив! Как хорошо! Как хорошо, — она дёргает за хвост ещё разок. — Не могу освободить вас. Что, что… мне делать? Я позову на помощь…

Она отступает.

Какую же плохую шутку играет с ней не слишком хорошее зрение.

Будет трудно быстро добраться до людей, но нет времени на то, чтобы искать очки.

Но он хватает её за щиколотку холодными, крепкими пальцами.

— Не надо, людей… Надо, вода, человечка.

— Пить? Да, у меня в бутылке есть, в сумочке бутылка то есть… Короче, я не уверена, что…

Ладно. Ей всё же лучше заодно и надеть очки, чтобы понять, насколько серьёзна ситуация.

Вдруг эта шутка?

Да нет, рыбина по ощущениям настоящая и хвост её двигался.

— Сейчас-сейчас, подожди… те, минутку.

Она бежит сломя голову к груде гальки, лихорадочно вырывает сумку, натягивает очки, берёт бутылку с водой и полотенце.

Бежит назад и на полпути вскрикивает, резко затормозив.

— Аааа! Человекорыба!

Море начинает волноваться сильнее, хотя только что было спокойным. И русал с трудом, но отползает от берега ещё дальше. С тоской в последний раз взглянув на влажную гальку и белую пену.

— Вода… — выдыхает он. — Но не обратно. Не… сейчас, — и теряет сознание. — Прошу… — последнее, что звучит из его уст.

Люба наворачивает вокруг него круги, совсем как Маринка недавно наворачивала такие же у двери проклятой лавки.

Где у странноватой продавщицы был какой-то бзик на русалок.