Книга Замужество в подарок, или Дебют попаданки, страница 13 – Джулия Поздно

— Шелли, не сомневайся, дом в надежных руках.

У меня задергался глаз, но все-таки я улыбнулась. Я верила в Роберта и в то, что он любит наш дом, поэтому с особой тщательностью подойдет к своему обещанию и не заставит меня краснеть за свое поведение перед Люси.

Расцеловав на прощание Роберта и Люси, я забралась в дорожный дилижанс. Тетушка Тресси сидела рядом с дядей на противоположной стороне, мне же досталось место со своей любезной кузиной. И, несмотря на то, что я не собиралась особо ни с кем вести беседы, Анжел, еще не успели мы отъехать от нашего особняка, проговорила:

— Ну и как мне прикажете из этого выпутываться?

Я сделала вид, что ничего не слышу и смотрю в окно на родные лица тех людей, для которых чего-то стоила и имела значение.

— Тебя касается, — грубое и язвительное обращение резануло мой слух.

— Ты о чем? — я искренне удивилась на такую бестактность.

— Не притворяйся, иллюзия воды и рыб, игра на рояле, дурацкий снеговик. Ты издевалась?

— Иллюзия была, снеговик был, рояль не я — прихоть вашей матушки. Я предупреждала, что с недавно проснувшейся силой может быть разное.

Дилижанс тронулся, я помахала Роберту и послала воздушный поцелуй Люси. Мне было тяжело представить, как я справлюсь в обществе семейства Даньелзов. Анжел — явный враг, тетушка себе на уме, вечно не знаешь, какого подвоха от нее ждать, дядюшка же вел себя отстраненно, как будто он совершенно не в курсе, что происходит внутри семьи. Когда я только упорядочила свои мысли, то у дядюшки Рубена внезапно прорезался голос:

— Шелли, на балу ты будешь представлена как Даньелз.

— Почему?

— Как можно не понимать таких простых истин, — всплеснула руками тетя Тресси.

— Мы одна семья, и остальным не обязательно знать, что мы являемся опекунами, а не приемными родителями. И потом, тебе не все ли равно при наших договоренностях, если тебе повезет и все-таки кто-нибудь решит тебя выбрать и сделать предложение... то Тревор тебе уже не бывать.

— А что касается Роберта?

— А что с ним? Он пока ребенок, и мы полностью проявляем заботу. Даже сверх того, что мы могли себе позволить.

На это я не нашлась что ответить. Мне показалось, что тетушка Тресси ‘действительно верила в то, что заботится о нас. Отчего леди Даньелз была такая злобная и эгоистичная, на это не хватало моих рассуждений. Эта женщина не шла ни в какое сравнение с матерью Шелли, и даже необразованная и простодушная Люси была гораздо большим человеком, чем тетушка Тресси.

По обрывкам прошлого мне помнилась не только игра на белом рояле, но и тепло вперемешку с любовью, которую дарила мама. Любой мог бы позавидовать такой чистоте помыслов и заботе, которую проявляла и дарила своим детям леди Тревор. Я вспомнила, как мама Шелли рассказывала о том времени, когда она была представлена в числе юных дебютанток. Как ее муж впервые увидел на балу и как больше с тех пор они не расставались.

О подобных чувствах писали в романах, слагали легенды, мне же предстояло выйти замуж по расчету. Вынужденно. Без чувств. С гордо поднятой головой и улыбкой, той самой, которая излучает настоящее счастье.

За этими размышлениями и под мерное раскачивание дилижанса я не заметила, как уснула.

— Коверлоу, Коверлоу! — колокольный звон прервал мой глубокий сон, пробудив уже на почтовой станции.