Книга Реакционный манифест. Поваренная книга имперца, страница 7 – Ярвин Кёртис

Ник Ланд – один из основателей неореакции как направления мысли.

Разумеется, я не призываю всех обратиться к суевериям как к программе действий. Но я предлагаю взглянуть на них без высокомерия. Ибо, быть может, в них, а не в новейших философских системах, мы обнаружим то, что способно удержать нас от падения, когда очередная «передовая идея» поведет за собой толпу к новым безднам. В этом смысле суеверный консерватизм – это не позорный рудимент, а, напротив, тот самый якорь, который мы так отчаянно ищем, стоя на пороге века грядущего.

Этот вопрос – где искать руководство о том, что нам делать и о чем думать в двадцать первом веке, особенно руководство в нашем отношении к технологии? – столь же важен, сколь и труден, особенно для тех, кто не знаком с историей. «Каждая культура, – писал когда-то Льюис Мамфорд, – живет в своем сне». Но мы часто теряем свой сон, как, полагаю, случилось с нами в двадцатом веке. И мы в опасности, если не сможем обрести новый, который поможет нам идти вперед. Для чего еще нужна история, если не для того, чтобы напоминать нам о наших лучших снах?

Помня об этом, я предлагаю обратить наше внимание на восемнадцатый век. Именно там, думается мне, мы можем найти идеи, которые задают будущему гуманистическое направление, – идеи, которые мы сможем с уверенностью и достоинством пронести через мост в двадцать первый век. Это не странные идеи. Они все еще близки нам. Их не так уж трудно вспомнить. Я предлагаю попытаться вернуть некоторые из них, с одной оговоркой: я не призываю стать восемнадцатым веком, я лишь предлагаю использовать его по достоинству и в полную меру. В предисловии к одному из многих изданий «Демократии в Америке» Токвиль призывал своих соотечественников обратить внимание на Америку так, как я призываю обратить внимание на восемнадцатый век. Если я позволю себе адаптировать его мысль и почти все его слова, я скажу так: давайте обратимся к восемнадцатому веку не для того, чтобы копировать институты, которые он создал для себя, но чтобы лучше понять, что подходит нам. Давайте искать там наставления, а не образцы. Давайте заимствовать принципы, а не детали.

Кого и что мы там найдем? Восемнадцатый век – это век Гёте, Вольтера, Руссо, Дидро, Канта, Юма, Гиббона, Песталоцци и Адама Смита. Это век Томаса Пейна, Джефферсона, Адамса и Франклина. В восемнадцатом веке мы развили наши представления об индуктивной науке, о религиозной и политической свободе, о народном образовании, о разумной торговле и о национальном государстве. В восемнадцатом веке мы также изобрели идею прогресса и, как ни удивительно, наше современное представление о счастье. Именно в восемнадцатом веке разум начал свое торжество над суеверием. И, вдохновленные Ньютоном, который был избран президентом Королевского общества в начале века, писатели, музыканты и художники представляли себе Вселенную упорядоченной, рациональной и постижимой. Бетховен написал свою Первую симфонию в восемнадцатом веке, и нас не должно удивлять, что Бах, Гендель, Моцарт и Гайдн сочиняли свою музыку в восемнадцатом веке. Или что Шиллер, Свифт, Дефо, Филдинг, Сэмюэл Джонсон, Вольтер и Уильям Блейк были в числе его главных писателей. Или что Гейнсборо, Хогарт, Давид и Рейнольдс были его самыми известными художниками.