Книга Варварская Мексика. Леваки и феминистки против бандитов, страница 27 – Лаура Кастелланос

Если он тебя бьёт, он тебя не любит

Вследствие Гаванской декларации 1996 год стал первым годом, когда в Мексике на институциональном уровне отмечался Международный день борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин. Самым важным в мероприятии, проведённом в Министерстве внутренних дел, стало то, что мексиканское государство впервые признало: внутрисемейное насилие, как оно тогда называлось, – это вопрос общественного интереса. До того момента дискуссия была сосредоточена на том, является ли это насилие, которое испытывают женщины, частным делом, делом семей, а не общественным и, следовательно, подлежащим государственной политике по борьбе с ним и его наказанию. «Это был первый раз, когда правительство признало, что насилие в отношении женщин – это вопрос государства», – подчёркивает Ловера.

После союза законодательниц по вопросу сексуальных домогательств в 1998 году была представлена инициатива о включении в Федеральный уголовный кодекс и в кодекс Федерального округа состава изнасилования между супругами, опять же в конгрессе, раздираемом противостоянием после того, как Институционно-революционная партия впервые потеряла абсолютное большинство в палате депутатов. Инициатива была подписана сенаторами и депутатами от всех партий и президентом Республики и активно обсуждалась в палате депутатов, пока наконец не была принята.

К 1999 году женские организации посчитали, что сложились условия для создания института, координирующего государственную политику по улучшению положения женщин, с собственным бюджетом и подчиняющегося непосредственно президенту Республики. В марте 2000 года предложение было готово, но президент Седильо отверг его, посчитав, что «ему уже не пристало это делать». В июле того же года Институционно-революционная партия проиграла президентские выборы, но женщины, пришедшие в конгресс, такие как Саури Рианчо, Беатрис Паредес и Мария Елена Чапа, не оставили эту тему, и перед сменой правительства была внесена инициатива, которая была обсуждена и принята, и оставлена готовой к тому, чтобы с 1 января 2001 года, уже при администрации президента Висенте Фокса, начал работу Национальный институт женщин.

«Почему важна эта часть истории? – подчёркивает Саури. – Потому что, имея институт, можно было начать бороться за реформы законов».

После создания Национального института женщин с 2000 по 2006 год законодательницы и женские организации добились двух очень значимых для дела законодательных актов: регламентарного закона к четвёртой статье Конституции (Закон о равенстве между женщинами и мужчинами) и Закона о праве женщин на жизнь без насилия.

Регламентарный закон о юридическом равенстве между женщинами и мужчинами внесла в Сенат Лусеро Сальданья, и удалось договориться о его принятии в пятьдесят девятом законодательном органе. Но Закон о праве женщин на жизнь без насилия был принят только в 2007 году, в шестидесятом законодательном органе.

«Эти две инициативы являются ключевыми, потому что Закон о равенстве также влияет на другое законодательство: равные возможности в образовании, равные возможности в труде, в экономике и так далее. Просто переход от государственной политики к законам был не очень быстрым, хотя сначала мы повлияли на государственную политику», – уверяет Саури.