Книга Служба имперской безопасности, страница 62 – Эдуард Тен

— Так точно, ваше сиятельство. Таможня запретила экипажу выход с судна. Весь вечер трясли корабль на предмет запрещённого. Завтра продолжат, — усмехнулся Леднёв.

— Да уж, таможня у нас свирепая, — улыбнулся Климов. — Вот, пришлось ехать утрясать все проблемы.

— Это сколько мы с тобой не виделись?

— Три года, ваше сиятельство

— Ладно, Дон Жуан, лирика потом, докладывай.

Он отпил чай, поставил чашку и начал докладывать. Подробно рассказал о своём пути из Русской америки. Кратко о положении там. Путешествии из Америки в Англию.

— Внедрение прошло успешно, ваше сиятельство. На меня практически сразу вышел Тревис Морон, начальник какого-то отдела в форин-офисе, однозначно разведка с достаточно широкими полномочиями. Он предложил мне службу в его отделе. Пришлось с месяц кокетничать и отнекиваться всеми способами. Он так обложил меня, что я не смог ничего сделать. Потом я нехотя сдался и рассказал ему о моих торговых преференциях в Петербурге. Как вы и предполагали сработало, да ещё как. Морон предложил сделку: финансирование моего торгового дела в обмен на будущую службу на него. Я согласился. Теперь я — его человек. Он вложил деньги, я купил шхуну, загрузил товар и отправился в первый рейс.

— А в чём суть его интереса? — спросил я.

— Он хочет иметь своего человека в России. Того, кто сможет выполнять его поручения, передавать сведения, налаживать связи. Он очень заинтересовался. Пока не знаю причину, но однозначно интерес сильный. Этот рейс моя проверка на благонадёжность и деловые качества. Ну и личный коммерческий интерес. В дальнейшем он планирует меня использовать уже на службе в его отделе форин-офиса. В каком качестве я пока не знаю. Но Российский вопрос однозначно не оставит. Со мной помимо частной корреспонденции пакет предназначенный лично послу Мичтону и пять тысяч фунтов стерлингов золотом, а так же наши банковские билеты, приличная сумма. Я спрятал их, но думаю таможня найдёт их.

— Ты спрятал их в одном месте?

— Нет, Пётр Алексеевич, в трёх.

— Алексей Дмитриевич, пусть таможня найдёт часть бумажных денег. Золото не трогать. У нас есть спецы чтобы ознакомиться с письмом к послу.

— Есть, Пётр Алексеевич. Вскроют, никто и не заметит.

— Замечательно. Молодец, — похвалил я Климова. — Работай дальше. Но будь осторожен. Теперь ты для них ценная фигура, а значит, и проверять будут чаще.

— Понимаю, ваше сиятельство, — кивнул Климов. — Я привёз станки разного предназначения, как вы и советовали.

— Вот это ты вдвойне молодец.

— Ваше сиятельство, я на них надеюсь заработать, — забеспокоился Джон Паркер.

— Обижаешь, английская морда, оплатим, будешь доволен.

Леднёв и Климов рассмеялись.

— Ладно, продолжим. Соглядатаи есть?

— Как без них, — ответил Климов. — Старший помощник и боцман — точно люди Морона. Кто-то из матросов, наверняка. Экипаж — двадцать восемь человек, не считая меня. Морон позаботился. Команда хорошая, умелая.

— Скажешь Алексею Дмитриевичу, где самая маленькая закладка. Завтра после изъятия привезёшь письмо, поработаем с ним — напишешь подробный доклад. Особенно твои мысли о дальнейшем сотрудничестве. Твою поездку сюда обставим как временное задержание в связи с попыткой провоза контрабанды. Послу и всем заинтересованным лицам скажешь, что пришлось отдать найденные деньги за тихое улаживание дел.