— Протягиваю бумажки им.
Со страхом в глазах каждая берёт ассигнацию.
— Хорошо, что не зарезали женщин. Значит не совсем озверели бойцы. — С удовлетворением подумал я.
Мери стоял у входа и не решался пройти дальше. Не сказать, что всё было залито кровью, но всё равно вид побоища был неприятный. Стоял стойкий запах крови и других сопутствующих запахов. Струев с бойцами активно занимался сбором трофеев.
— Всё, командир, контроль, осмотр сделали. — Уходим, быстро.
Мери впечатлённый нашими действиями сидел нахохлившись.
— Мери, далеко от нашего дома до вашего тихого места?
— Не меньше часа на извозчике.
— Мы можем сейчас переехать туда?
— Да, вполне. Заедем к хозяину и возьмём ключи.
— Уже почти шесть утра. Бойцы переезжаем на новое место.
К полудню мы благополучно перебрались на новую квартиру. Мери не обманул: место и впрямь было тихим и спокойным. Дом — просторный, двухэтажный. Струев с Олесем уехали к себе. На прощание я вручил Александру пачку ассигнаций, а Олесю — десять франков серебром, напомнив, не шиковать, работать тихо и вживаться в образ небогатого русского дворянина-студента. Очень небогатого.
Вечером приехал Мери — и не один, а с Розой.
— Месье Смирноф, у меня к вам большая просьба, — начал он, слегка волнуясь. — Не могли бы вы на время приютить у себя Розу? Девочка работящая. Может в прислуги к вашей даме, может по кухне управляться. Мне так будет спокойнее.
— Конечно, Мартен, без проблем, — ответил я.
Ни Паша, ни Роза не смогли скрыть взаимного интереса: их взгляды встретились и сразу, смущённо, отпрянули.
— Хорошая кухарка нам как раз нужна, — кивнул я девушке. — Справишься, Роза?
— Да, месье.
— Значит, считай, принята. — я улыбнулся. — Паша, проводи Розу, помоги обустроиться. Она теперь наша кухарка.
— Слушаюсь, командир! — Паша расцвёл, как майский луг, и тщетно пытался скрыть неподдельную радость.
— Благодарю вас, месье, — грациозно присела Роза.
Когда они вышли, я заметил тень беспокойства на лице Мери.
— Не волнуйтесь, Мартен. Вашу дочь здесь никто не обидит. Я за этим прослежу.
— Благодарю вас, месье. Теперь о вчерашнем происшествии… — его голос стал тише и значительнее. — То, что творится в участке, словами не передать. Такого переполоха я никогда не видал. Когда весть дойдёт до начальства, даже представить страшно. Кульен хочет представить всё как разборку между бандами. Что сейчас происходит в их кругах — не знаю, но скоро мои люди доложат. Проституток на месте не оказалось. А наши полицейские, которые осматривали дом на улице Комели… — Мери многозначительно покачал головой. — Они под большим впечатлением. Я заеду завтра, когда будут более полные сведения. Кульен, кстати, интересовался вами. Я доложил, что вы, опасаясь мести банды Жако, сменили место.
— Отлично сработано, Мартен. Вот ваше вознаграждение, — я выложил на стол пачку ассигнаций и небольшой, туго набитый мешочек. — Пятьдесят франков золотом и тысяча — ассигнациями. Вас устраивает?
— Более чем, месье Смирноф, — Мери ловко, почти незаметно, спрятал деньги под плащ. По его виду было ясно — доволен он чрезвычайно.
— И ещё одна просьба, месье Мери. Когда будет время, разберите, пожалуйста, бумаги, взятые у Шлизо.
— Непременно, месье.
Сумма изъятая у Жако была приличной. Четыре тысячи триста золотом, шесть тысяч серебром. Двадцать восемь тысяч ассигнациями, самыми мелкими двадцать франков. Мешок мелким серебром и три пачки мелкими купюрами. Вызвал Савву.
