Книга Рунный маг империи. Том 3, страница 86 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

Со стороны можно было решить, что дед искренне счастлив видеть внука, которого в последний раз видел несколько лет назад. Широкая улыбка, раскрытые руки, громкий голос говорили сами за себя. Только вот всё те же слова мамы относительно своего отца я помнил слишком хорошо, чтобы купиться на первое впечатление.

Она не раз говорила, что дедушка смотрит на людей иначе, нежели мой отец. Для него каждый человек в первую очередь являлся фигурой на доске, способной принести пользу, и лишь потом другом, союзником или родственником.

Но положительный результат такого подхода отрицать было трудно. Стернхольмы входили в число самых влиятельных семей Северного Края, а по количеству сильных воинов с ними мало кто мог сравниться. Собственно, поэтому предыдущего главу рода Эйзенхорнов так заинтересовали помолвка и союз со Стернхольмами.

По той же причине соседям приходилось считаться с Улавом Стернхольмом, даже если его методы им не нравились.

Так что радушная встреча радушной встречей, а расслабляться рядом с ним я точно не собирался.

Глава остановился в паре шагов от меня, но вместо продолжения приветствия перевёл взгляд мне за спину. Сначала на Фадию. Девушка спокойно выдержала его взгляд, лишь чуть сильнее выпрямив спину. Затем дед посмотрел на Дрога и задержался на нём куда дольше.

Дрог вполне ожидаемо тоже не отвёл глаз. Его ладонь привычно лежала рядом с рукоятью меча, но пальцы оставались расслабленными. Хоть тут он понимал, что не стоит показывать своего характера.

Старик медленно провёл взглядом по его плечам, рукам, оружию, затем едва заметно прищурился и погладил ладонью седую бороду.

— Молодец, — наконец произнёс он и хмыкнул, после чего перевёл взгляд в мою сторону. — Не пугливый. Сразу видно, валарийская кровь. Воинов там всегда умели растить. Неплохого бойца ты себе урвал, Энкрид. Но ему ещё есть чему поучиться, чтобы соответствовать твоему положению и статусу.

— Как скажешь, дедушка, — только и ответил я, слегка кивнув.

Дрог при этих словах расправил плечи чуть сильнее, но промолчал, а Фадия бросила на брата короткий взгляд. Сам дед на несколько секунд замер. Его улыбка чуть уменьшилась, а затем он неожиданно нахмурил брови.

— Из тебя будто всю радость высосали, внучок, — укоризненным тоном проговорил он, медленно покачав головой. — Ни улыбки, ни тёплого слова, даже обнять старика не захотел. Стоишь с таким лицом, будто я тебя не в родовом доме встречаю, а вызвал на заседание налоговой комиссии.

От последнего сравнения у меня невольно расплылась улыбка, заметив которую, дед снова повеселел. Ладно, не такой уж незамысловатый юмор у северян.

— Дорога тяжёлая выдалась, — я развёл руками и бодрым голосом добавил: — Вчера только прилетели, потом пришлось покупать половину зимнего гардероба, чтобы не замёрзнуть по пути сюда. Наши одежды оказались совсем не подходящими, тем более тут проще что-то найти, чем у нас. Да и климат у вас гостеприимством не отличается. Так что не принимай близко к сердцу. Просто я ещё не успел оттаять.

В отличие от отца, с которым я при слугах обращался на вы, дед за такое обращение мог затаить обиду. Я-то хорошо помню, какое недовольное лицо он состроил при нашей первой встрече, когда я обратился к нему на «вы», и попросил больше так не выражаться. Не чужие люди, в конце концов.