Онлайн книга «Рунный маг империи. Том 3»
|
Я спрятал меч в ножны, после чего подошёл к нему и вырубил одним ударом по шее. Голова Леонарда дёрнулась, веки закрылись, а тело обмякло внутри ледяной корки. Я перестал подпитывать корку маной, после чего лёд покрылся трещинами и осыпался на песок мелкими кусками, позволив противнику завалиться набок. Несколько секунд над ареной стояла почти полная тишина. Затем голос Кирта, усиленный магией, прокатился над трибунами: — Леонард Вельгард потерял способность продолжать поединок. Победителем дуэли объявляется Энкрид Эйзенхорн! * * * После победы мне не дали даже толком насладиться реакцией трибун. Стоило Кирту объявить результат, как на арену выбежали целители в белых мантиях. Двое сразу направились к Леонарду, а ещё один подошёл ко мне и, не слушая возражений, заставил опуститься на песок и не шевелиться. Пока над трибунами гремели крики, мужчина быстро осмотрел порез на боку, провёл ладонью над запястьем и недовольно нахмурился, заметив кровь на штанине. Несколько простых плетений остановили кровотечение и немного приглушили боль, но этим дело не ограничилось. Меня подняли под руки и практически силой повели к выходу с арены, приговаривая, что ткань одежды могла попасть в рану и вызвать инфекцию. По дороге я ещё успел заметить Винсента, который пробирался вдоль первого ряда, размахивая руками и что-то выкрикивая в мою сторону. Типичный Винсент… Ох, чувствую, Алиса ему потом вставит по самое не балуйся, чтобы дурью не страдал. И аргументирует она свои действия тем, что это лучше, чем если его исключат из Академии за неподобающее поведение. Нет, чтобы тебя исключили из Академии за поведение, нужно очень постараться, но, зная моего друга… дай ему волю, он справится за день. Или за несколько часов, организовав массовую драку… впрочем, не хочу об этом даже думать. Ещё вдруг накаркаю… В лазарете меня уложили на кровать, сняли пропитанную кровью форму и заново обработали все раны. Самой неприятной оказалась длинная полоса на левом боку. Лезвие не задело внутренние органы, но рассекло кожу и часть мышц, из-за чего любое резкое движение отзывалось тянущей болью. В остальном, если не брать усталость, всё сплошные пустяки. В итоге в лазарете меня продержали целые сутки. В первый день посетителей не пускали, несмотря на то, что Винсент, по словам дежурной целительницы, очень сильно старался попасть внутрь, причём по самым надуманным поводам. То у него, видите ли, живот болел, то голова раскалывалась, то в жар бросало… М-да уж. И какая пчела его ужалила? Обычно он вёл себя более сдержанно. Хотя, думаю, он просто очень сильно обрадовался моей победе, вот и всё. На следующий день дверь палаты открылась сразу после того, как целительница разрешила принимать гостей. Первым внутрь ожидаемо ворвался Винсент. Он едва не задел плечом дверной косяк, остановился возле кровати и несколько секунд молча смотрел на меня, будто проверяя, действительно ли я цел. Затем широко ухмыльнулся и с размаху хлопнул ладонью по спинке стоявшего рядом стула. Хорошо хоть не по плечу, иначе я бы в этом лазарете задержался ещё на денёк-другой… — Вот это был бой! — выпалил он, усаживаясь так резко, что ножки жалобно скрипнули по полу, угрожая проломиться под его весом. — Ты бы видел лица тех, кто ещё вчера называл тебя Нулёвкой. Особенно, когда появилась вода, а за ней — ледяные стрелы. А потом ты ещё вышел с мечом и начал теснить Вельгарда! Красота! Я чуть голос не сорвал, пока пытался перекричать всю трибуну. |