Книга Рунный маг империи. Том 5, страница 84 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— То есть старинное оружие, письмена, глиняные изделия, древнее искусство и прочее?

— Именно. Оружие, инструменты, украшения, одежда, книги, — девушка начала загибать пальцы, перечисляя. — За такими вещами порой стоит огромная история, которую многие недооценивают. Например, из-за одной мозаичной фрески когда-то поссорились два рода, что в итоге вылилось в полномасштабную войну, продлившуюся двенадцать лет. А ведь для большинства это всего лишь старый рисунок на стене, который сам по себе ничего не значит.

— Тут я вас понимаю, — задумчиво произнёс я. — Меня в таких вещах, наверное, больше всего заинтересовало бы то, что они значили для людей. Если какой-нибудь предмет сохранили и передавали из поколения в поколение, значит, для кого-то он был, действительно, важен.

— Особенно, если это личные вещи, — согласилась Сольвейг. — Изучая их, можно хоть немного прикоснуться к той эпохе и представить, как люди жили. Какая у них была культура, о чём они думали, что ценили и каким вещам придавали особое значение.

— А если вещь относится к эпохе великих войн, интерес только возрастает, — задумчиво произнёс я. — Хотелось бы получше узнать, как люди тогда жили. Особенно в период, когда Подземелья представляли куда большую угрозу, чем сейчас.

— Жаль, о той эпохе осталось так мало информации, — с небольшим разочарованием в голосе проговорила девушка. — Порой складывается впечатление, что это не из-за того, что в то время творился форменный хаос и всем было не до документирования событий, а словно кто-то намеренно решил стереть эту часть истории, чтобы сокрыть… прошу прощения, не берите в голову. Что-то у меня разыгралась фантазия.

— А ведь такое и впрямь может быть правдой… — тихо и задумчиво сказал я, после чего добавил: — Впрочем, это всё равно маловероятный исход. Чтобы попытаться стереть часть истории, потребовались бы неимоверные усилия множества стран, а учитывая, как правители между собой конфликтовали и продолжают это делать по нынешнее время… сомневаюсь, что они смогли бы вместе о чём-то договориться.

Слова девушки меня заинтересовали потому, что знания о рунной магии в том ключе, в котором ее использую я, практически полностью оказались утеряны. То, что обрывки информации могли оставаться в чьих-то родовых хранилищах, в счёт не шло.

Даже если нынешняя магия вытеснила древнее искусство, неужели не осталось тех, кто был против таких перемен? Неужели после смены эпохи все резко решили, что рунная магия бесполезна и даже записи о ней ничего не стоят?

— Если только не действовала третья сторона, — выбила меня из мыслей Сольвейг, сделав неожиданное и довольно дерзкое предположение.

— Теоретически такое, в целом, возможно, — наконец произнёс я. — В те времена существовали отдельные гильдии магов, различные фракции и другие организации, которые не подчинялись напрямую государствам. Только если какая-то из них, действительно, могла повлиять на историю всего мира, странно, что от неё самой почти ничего не осталось.

— В этом и проблема, — согласилась Сольвейг. — Получается слишком удобное объяснение. Не хватает сведений о каком-то периоде — значит, существовала неизвестная организация, которая всё уничтожила, а потом ещё и сама бесследно исчезла. Или, что звучит ещё абсурднее, до сих пор скрывается в тени и тянет за ниточки.