Книга Ведьмочка в Академии Магов 5, страница 6 – Оксана Гринберга

Нет, он вовсе не собирался возмутиться до крайности предложением богатого соседа, который хотел забрать меня в дом своего сына в роли любовницы. Вместо того, чтобы выгнать мерзкого старосту, отец принялся торговаться, пытаясь выручить за меня большую сумму.

Намекнул, что, несмотря на свою худосочность, из меня вышла отличная работница – прилежная и исполнительная. И в поле стараюсь, и со скотом отлично справляюсь, и на кухне верчусь. Так что…

— Три мешка зерна и двадцать нирхамов, это моя окончательная цена, – произнес староста.

— И жене моей утешение, – быстро произнес отец. – Мы недавно перенесли утрату, и она едва не сошла с ума от горя. Хорошо, что нашли эту… – И снова гром… Или же это так громко бухало мое сердце? – Так что я хочу за нее четыре мешка и тридцать нирхамов. И вот еще, завтра утром, когда приедет твой сын, пусть он прихватит свой амулет. Кажется, у девицы начинает проявляться магия…

Я снова отстранилась от двери. Глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, при этом понимая, что мужчины в доме обо всем договорились. Меня продали за четыре мешка зерна и двадцать пять нирхамов – Гурх Тимран все же сбил цену.

Сложно сказать, много ли это было или нет, потому что, опять же, я ничего не помнила.

Но потеря памяти не отбила у меня способность соображать, поэтому, когда эти двое… принялись обсуждать детали того, как завтра утром меня увезут в другой дом и когда семья Норрисов получит зерно, а когда деньги, я выскользнула из сеней наружу.

Пробежала, пригибаясь, вдоль дома. Добралась до выбитого ветром окна на женской половине, радуясь тому, что мама занята козами. Кажется, она решила их подоить, так что время у меня будет.

Протянув руку, я нащупала крючок, державший ставни. Сняв его, забралась внутрь.

Дальше все было быстро – холщовая сумка, которую я уже давно обнаружила в сундуке. В нее – расческу, зеркальце и кружевную сорочку.

Затем, прижимая к себе вещи, я прокралась к маминому сундуку в другой комнате – в ней я как-то видела сверток с документами.

Чужого мне было не нужно, я хотела взять свое.

Открыла и уже скоро отыскала там паспорт на имя Сильвесты Норрис. Год рождения ничего мне не говорил, а вот нарисованный краской портрет с подписью «Сильвеста» очень даже.

Его я обнаружила под паспортами. Тут снова ударила молния, озарив все вокруг, и я смогла рассмотреть портрет. С него на меня глядела пухлощекая девица с золотистыми локонами и синими глазами.

Первое, что стукнуло мне в голову: пусть Источник и высосал из меня все силы, но теперешняя я была явно в два раза худее настоящей Сильвесты…

Допустим, это еще можно было объяснить – я долго была без сознания, а потом валялась без сил, так что могла и похудеть. Но вряд ли близость к Источнику изменила мои черты лица, а еще затемнила волосы и поменяла цвет глаз.

Я не могла быть Сильвестой Норрис!

— За что вы так со мной? – пробормотала я, обращаясь к Норрисам, но обиды почему-то не было.

Ну что же, раз вы так со мной поступили, то и мне кое-что полагается – за три недели работы в поле, возни с домашними животными и помощи на кухне. За то, что на меня постоянно орали, грозили высечь вожжами и лишали еды. За то, что брат меня ненавидел, хотя он никакой мне не брат, мать врала, а отец только что заключил выгодную сделку.