Книга Золотая тьма. Том 3, страница 70 – Игорь Осипов

Волшебница вздохнула, приподнялась, оперевшись на руки.

А вокруг по-прежнему был домик маркизы Керенборгской, поляна и повозки пришлых.

И в то же время…

— Это сон, — произнесла Николь-Астра, глядя на пруд, за которым был не поросший камышом берег, а долина с невысокими холмами. И эти холмы прорезала серая халумарская дорога. Почти такая же, какую пришлые строят от своей цитадели к Керенборгу. Разве что шире, и по ней с многоголосым «фш-ш-ш-шу-у-у-у» мчались на немыслимой скорости разноцветные повозки. Одни мелкие, приземистые и блестящие под светом дня, как жуки своими спинами. Другие огромные, тянущие длинные крытые тканями телеги с товарами.

А ещё дальше высились дома. И не убогие сельские домики с треугольными крышами, и не жмущиеся друг к другу, как куры на жёрдочке, домишки тесных городов. Нет, огромные, многоэтажные, похожие на сундуки великанов и шкафы великанов.

Астра встала с травы. Её взор тут же зацепился за тени халумари, возникающие и тут же тающие на поляне. Тени появлялись из пустоты только для того, чтоб сделать простую работу. Вот один родился из ниоткуда, взял ящик, пошёл, исчез. Другой воплощался из небытия с каждым нажимом ноги на лопату.

Вот его нет. Затем он есть, навалится всем телом на инструмент, копнёт, откинет землю. И снова нету.

И так по кругу.

А на пристани сидел, глядя на далёкий чужой город, Пэтэр.

Волшебница неспешно подошла к генерал-барону халумари и села рядом.

— Красиво? — спросил он и вздохнул. — Я соскучился по дому. Здесь хорошо, здесь ты, но я хочу в отпуск.

— Красиво, — кивнула Астра, разглядывая мчащиеся по дороге повозки.

— Жаль, что ты мне только снишься. Вот бы тебе показать мой мир, — мечтательно произнёс Пэтэр и взял руку волшебницы в свои пальцы. И это преклонение было почти живым. — И жаль, что показать нельзя. Стоит тебе попасть ко мне домой, как магическая пустота высосет всю твою волшебную силу до последней капли. В наш мир могут пройти только простые люди.

— Жаль, — повторила Астра и добавила с усмешкой. — Но это ты мне снишься.

Всякое бывает во сне, но барон и волшебница уставились друг на друга и одновременно засмеялись.

Пэтэр погладил запястье Астры и предложил:

— Ну раз это сон, давай так. Кто проснётся, тот и расскажет про этот сон.

— Хорошо, — кивнула волшебница.

Магесса вздохнула, зевнула… и открыла глаза. Сама же она лежала на кровати в покоях барона.

Над ней был потолок, погашенная халумарская лампа, похожая на опустевший сосуд. Щели в приоткрытых ставнях были наполнены тьмой, что значит, наступила ночь. Но всё равно кромешной тьмы не было.

Астра повернула голову.

Пэтэр нашёлся здесь же — он спал, сидя в кресле, а на крышке шкатулки-нубука с халумарским волшебным камнем светилась картинка с большим городом. Почти таким же, какой был в сновидении. Именно эта картинка освещала комнату, словно вечерний витраж на крохотном окошке.

Астра села на кровати. Кровать скрипнула. Ноги коснулись прохладного камня на полу, и вспомнилось, как она касалась стопами воды во сне. Этот холод казался продолжением сновидению.

От скрипа барон вздрогнул и открыл глаза. А как открыл, сразу улыбнулся:

— Знаешь, мне снилась ты. Мы сидели на берегу и говорили о моём доме.

Волшебница кивнула, опустив взор на шкатулку-нубук.