Книга Брошенка из рода Драконов, страница 84 – Дарья Адаревич

— И чего ты боишься? — спросила я чуть слышно.

— Ничего не боюсь.

— Да брось. Тебе мучают кошмары по ночам, — повернула голову на Рона. — Отец сказал, дело в блоке. Так давай снимем этот блок.

— Нет никакого блока…

— Расскажи о ночных кошмарах, Рон, а я попробую помочь, — вдохнула поглубже. — Нет, не так. Я попробую взять на себя часть твоих страданий.

— Хочешь узнать, что я вижу по ночам? — оскалился Рон. — Правда хочешь этого?

— Да. Ты должен сказать. Кому, если не мне?

— Например, никому.

Прикрыла глаза и вдохнула. Я знала, Рон сделал то же. Даже несмотря на то, что мы не были вместе целых десять лет, мы оставались друг для друга самыми близкими людьми на всем белом свете. Даже не верилось… За десять лет жизни вдали друг от друга мы не смогли найти друг для друга замену.

— Во снах я убиваю, — сказал Рон. — А потом за мной приходят все те, кто лег от моей руки.

— Призраки… — пробормотала я. — Тебя преследуют призраки…

— На арене у меня не было выбора, там убиваешь, чтобы выжить, это понятно, но все же. Мне снится высокая стена, и будто я прикован к этой стене и не могу сбежать. А потом приходят они. Я слышу шаги, громкие шаги, и эти шаги все ближе. И людей этих все больше. Потом я вижу большую тень на противоположной стене. Я хочу сбежать, но не выходит — на руках кандалы. Шаги становятся все ближе и ближе…. Потом я слышу звон клинков, потом хрустящие кости, будто кто-то разминает руки. Они так и не появляются, никогда не появляются, но я всегда жду. Но каждый раз в этом сне появляешься ты.

— Я?

— Не удивляйся так сильно, — ухмыльнулся Рон. — Ты частая гостья моих снов. Самых разных снов.

— Ладно, — прошептала я. — И что же я делаю в твоих снах?

Но, у меня была догадка… Проклятье. Я ведь на самом деле была на стороне пленителей Рона, я была одной из тех, кто держал его в заточении. Должно быть сильно он ненавидел меня.

— Я видел тебя, — сказал Рон негромко. — Там на арене я дрался не за жизнь. Какая жизнь в тюрьме, Зоя? Я дрался для того, чтобы выжить и потом снова выйти на бой, и снова тебя увидеть.

Мои глаза стали влажными. Нет-нет… почему же я никогда не думала, насколько жизнь Рона в тюрьме могла быть ужасной.

— Прости, — прошептала я.

— Да брось, это не твоя вина. Хотя знаешь, все те годы в тюрьме я думал, что твоя.

Я горько ухмыльнулась.

— Так вот сон, — напомнила я. — Чем заканчиваются твои кошмары?

— Ты приходишь и смеешься надо мной, а потом мы сцепляемся и убиваем друг друга.

Я сглотнула и поднялась на локтях, чтобы лучше разглядеть его выражение лица.

— Этого никогда не случится, Рон, — сказала я. — Никогда, Рон.

— Я знаю, — и с горькой ухмылкой добавил. — Но это же сны.

Мы снова легли на песок, и я прижалась к его груди. Слышала, как спешит его сердце, слышала, как участилось дыхание.

Надо соединиться душами, надо забрать его боль. И я попыталась сделать это. Попыталась задышать с Роном в унисон. Попыталась представить себя в его шкуре.

— О чем я думаю? — прошептал Рон.

— Что?

— Отец сказал, мы сможем читать мысли друг друга. Так ты слышишь, о чем я думаю?

— О море, — сказала я первое, что пришло в голову.

— Да…

Что?

Я снова поднялась на локтях и посмотрела на Рона строго.

— Ты серьезно? — спросила я.

— Нет, — мотнул он головой. — С чего бы мне думать о море?