Книга Брошенка из рода Драконов, страница 62 – Дарья Адаревич

— Его похитили, — вспомнила я.

— Белые Змеи.

— Какие змеи, старый? Как змеи могли похитить ребенка?

Рон пожал плечами, и прикрыл глаза.

— Это те Змеи, которые убили наших родителей, — сказал он тихо.

— Никто их не убивал. Старый, ты все путаешь.

— Нет же!

— Да как? Вон они, там дальше, на деревенском кладбище лежат. Мои родители, а рядом твои родители.

— Нет-нет, — покачал головой Рон. — Это ты что-то путаешь. Я помню, как в тринадцать лет остался сиротой.

— Это я помню, как твоя мать учила меня стряпать. Невестка никогда не забудет свою свекровь!

— Точно, было такое, — пробормотал Рон. — Как-то из головы вылетело. Но тогда, кто умер, когда мне было тринадцать?

— Не знаю, — я застыла.

В голову прокрадывались необычные картинки. Мы с Роном — еще совсем дети, бегаем по бескрайним лугам, он обращается драконом. Мы летим, летим… поднимаясь все выше и выше, и выше. В голове словно поселились воспоминания из разных жизней.

— В тебя стреляли, — сказал Рон неожиданно. — Из ружья.

— Не было такого!

— Было! Точно было! Прямо в грудь! Ты заслонила меня собой.

— Ну вот, посмотри! Ничего нет.

Рон заглянул мне под тунику, шрама не заметил.

— Но я видел.

— Не было такого, — я замерла. — В тебя стрелял мой отец.

— Точно!

Мы повернули головы на стену. Память играла с нами злую шутку. Голова словно превратилась в чулан, в котором слишком много всяких вещей, и собственных, и чужих. Воспоминания копились и копились, и все сложнее было забраться внутрь и достать что-то нужное.

PS: Главы будут выходить ежедневно

— Я вспомнил, — заговорил Рон медленно. — Мы были в горах. Молодые.

— И что? — смутилась я.

— Мы что-то искали.

— Искали, да, — закивала я.

— Ты помнишь?

— Не уверена.

— Это ущелье, оно играет с нами в игры разума, играет с нашими воспоминаниями.

Я выдохнула и сосредоточилась на пледе. Стала разглаживать мелкие складочки. Плед здесь, и он реален. Мне нужно было что-то реальное, чтобы не сойти с ума.

— Что, если это все ненастоящее? — сказал Рон негромко.

Я молчала, не отрывая напуганного взгляда от пледа.

— Зоя, мы настоящие где-то там, — сказал мой муж. — Там мы молодые.

Молодые? Я подняла на Рона глаза. Как мой седой старик с добрым лицом может быть молодым?

— Ты совсем из ума выжил, старый, — прошептала я, — это невозможно.

— Зоя послушай! Все сходится. У меня в голове каша из воспоминаний. И у тебя каша.

— И в печи у нас каша, — я поспешно встала и прошла к печке.

Горшочек с пшенной кашей уже приготовился. Я прихватила его двумя шерстяными варежками, как прихватками, и вытащила. Ну вот. Каша подгорела.

— Старушка, послушай, — сказал Рон у меня за спиной. — Мы должны выбраться отсюда.

— Откуда выбраться? Это наш мир, наш дом!

— Зак.

— Что Зак?

— Он пропал. Ты сама сказала, что он пропал, когда ему было десять.

— Сказала, — и поспешно добавила. — Но я могла напутать чего…

— Проклятье, Зоя!

— Рон!

Мы одновременно выдохнули и виновато отвели взгляд.

— Я счастлива, — прошептала я. — И у меня нет сил на поиски другой жизни, на поиски молодости.

Рон шагнул ближе и обнял.

— Понимаю, — ответил он. — У меня тоже уже не так много сил.

— Я не хочу ничего менять.

— Понимаю.

— Рон, мне так спокойно, а та другая жизнь она…

— Далекая? Страшная? Непонятная?