Книга Дева, муж и свекровь-дракониха, страница 46 – Дарья Адаревич

— Я рад тебя видеть, — наконец размыкает губы Ловласс.

— Я тоже, — смягчаюсь я. — Кажется, я скучала.

— Неужели? По моему прекрасному лицу или по чувству юмора.

— Твое лицо я лицезрела, когда спускалась в подвал, так что по второму.

Ловласс смеется. Хрипловато и невесело. А потом что-то странное случается с его взглядом. Только-только был чистым и вот уже затуманенный.

— Ты в порядке? — касаюсь его плеча. — Ты как?

— Где мы?

Что? Где мы? Сглатываю.

— На приеме, — медленно говорю я. — Ты приехал за мной, чтобы…

Ловласс моргает, и взгляд снова ясный.

— Я уже говорил, как ты прекрасна?

Нет, не говорил, мне, конечно, приятно, но внутренняя тревога никуда не делась. Внезапная дыра в памяти?

— Куда ты уезжал? — спрашиваю я.

— Что? А… дела с поместьем. Столько важностей всяких. Мы ведаем торговыми путями, организуем поставку. Так интересно.

— Ты ж этим никогда не занимался. Никто не заподозрил?

— У меня природный талант. А потом тушили леса.

— Тушили? Леса?

Он опасен в облике дракона.

Человеком он себя контролирует, а драконом?

Гоню прочь лишние мысли, сосредотачиваюсь на Ловлассе, на его лице.

— Госпожа Амелия Ловласс, — к нам выбегает мальчик-паж. — Вы искали графиню Поро?

Вскакиваю.

— Да, искала. Мне сказали, Поро уехала.

— Нет, — трясет головой мальчишка. — Уехал только ее экипаж, сама она… Она просила вас привести, пойдемте. — бросает виноватый взгляд на Ловласса. — Только госпожу.

Только госпожу, так только госпожу. До сих пор непривычно, что «госпожа» вот так возвышенно и с уважением — это я. Быстро поднимаемся по ступеням, мальчишка открывает дверь в маленькую комнату.

— Сюда? — недоверчиво осматриваюсь я. — Точно?

— Заходите-заходите.

Дверь за спиной захлопывается, оставляя меня в полной темноте. Сглатываю.

— Поро? — делаю шаг в темноту. — Поро, ты здесь?

Ответа не следует, возможно, она придет позже. Ключ в двери поворачивается.

— Откройте! — бью ладонью. — Эй! Откройте!

Быстрые шаги. Мальчишка-паж убегает. Бросаюсь к окну. Рамы забиты. Такое только если бить. Надо бы найти что-нибудь поострее и тогда… В нос ударяет резкий запах гари.

Меня заперли. Заперли и собираются убить. Вспышка. Огонь распространяется по комнате. Перебрасывается со штор на мебель. Я вспыхну, как спичка. Раз… Была Амелия, и вот ее нет.

— Откройте! — долблю я. — Спасите! Пожар!

Воздух вырывается из легких вместе с криком, когда горячая балка рушится передо мной, отрезая путь к окну. В глазах темнеет от едкого дыма, колени подкашиваются... Это конец.

Отрываю подол платья, окутываю лицо, надеясь, что самодельная маска защитит дыхание. Надо выломать дверь. Надо…

— Ловласс! — кричу, стуча изо всех сил. — Георг! Пожалуйста…

Обжигающе жарко, мне плохо. Дышать… я задохнусь от дыма, так и не познав жизни, я ничего не успела. Я не нашла маму.

Звон. И осколки падают на пол. Оконное стекло… Разбито. Оно… Пытаюсь подняться, пытаюсь доковылять до окна, но с потолка в очередной раз что-то падает. В глазах темнеют, и я падаю.

— Амелия, я здесь, — твердые руки подхватывают меня.

Я ничего не успеваю сообразить. Глаз не открываю. Сознание мутное. Он здесь? Правда здесь? Или это мое воображение?

— Я вынесу тебя отсюда. Я рядом, все хорошо, — его голос, низкий и спокойный звучит громче чем грохот рушащегося особняка.