Книга Накажи меня любовью, страница 53 – Анна Ковалева

— Оближи их, — вспыхиваю, когда он подносит к моему рту пальцы, смоченные моей смазкой, но не дергаюсь, а вбираю их в рот и посасываю, с вызовом глядя в глаза мужчины, которые за секунду превратились в две черные дыры. Его вторая рука начала судорожно дергаться, и через пару мгновений мне в лицо ударила теплая струя.

Как только все закончилось, ко мне вновь вернулась прежняя стыдливость. О боги, до чего я дошла. Еще немного — и я отдалась бы Косте прямо в общественном месте. И это уже не впервой. Как так можно? Провела рукой по лицу и тут же отдернула, почувствовав теплую сперму на пальцах. Стало неимоверно стыдно. Наверняка, выгляжу сейчас как гулящая девка, которая привыкла отдаваться за каждым забором. На Костю глаза поднять боюсь. Страшно увидеть в его глазах презрение. Ни один мужчина не будет уважать женщину, которую…

Лихорадочно ищу салфетки, но никак не нахожу, хотя точно помню, что еще недавно они лежали рядом с контейнером с клубникой. В отчаянии горестно всхлипываю, а через секунду меня уже крепко обнимают.

— Так, это что еще за новости? — Костя приподнимает мое лицо за подбородок, пытаясь разобраться в моих чувствах.

— Салфетки не могу найти… — пытаюсь отвернуться, но мне не дают.

— И из-за этого ты рыдаешь? — от удивления глаза мужчины размером увеличиваются раза в два.

— Нет. Я вытереться хочу, а то, — обвожу ладонью лицо, на котором уже стали засыхать белые сгустки, — выгляжу как шл..

— Тая, — голос становится строгим, глаза сужаются, — ты выглядишь не как шлюха, а как до безумия желанная женщина. Чуешь разницу?

— Правда? — вскидываю глаза и с облегчением вижу, что в черных омутах плещется нежность, а губы растягиваются в улыбке.

— Какая ты все-таки у меня еще дурочка, — легонько целует в лоб и тянется к рюкзаку, из которого и достает злополучную пачку салфеток. — Ты даже не представляешь, как охрененно ты сейчас выглядишь…

От его слов на душе становится легче и я вправду ощущаю себя дурочкой. Сумела же себя накрутить.

— Тая, — Костя вновь серьезен. — Вот скажи, что это за заскоки? Я устраиваю тебе романтику, сюрпризы, ухаживаю как только могу. Так почему тебе в голову лезут такие мысли? Меня от тебя кроет как подростка, ты от моих прикосновений таешь как льдинка на солнце… Это дикая смесь, которая скоро рванет. И нам от этого будет в сто тысяч раз лучше, чем было сейчас. Почему тебя это оскорбляет?

— Не это оскорбляет. Просто… — покусываю губу, сверля взглядом ковер и подушки. — Понимаешь, для меня это немного стыдно. Сам же знаешь, что у меня не было мужчин. И уж тем более я не занималась петтингом на первом свидании. И сейчас все эти впышки страсти меня смущают. Я боюсь, что ты посчитаешь меня слишком доступной. — вроде все сказала. И тут же зажмурилась, страшась ответной реакции.

В помещении повисло молчание, которое все тянулось и тянулось. И наконец я не выдержала, подняв голову и встретившись с весьма веселым взглядом.

— Птичка, — мужчина ухмыльнулся и тщательно вытер мое лицо салфеткой, а затем быстро поцеловал. — Правильное воспитание — это хорошо, но всего нужно в меру. Так что с твоими приступами мнительности и стыдливости мы будем бороться. — наклоняется ближе, гипнотизируя взглядом. — Долго, горячо и весьма активно. Чтобы ты не сомневалась и не воображала себе того, чего нет в помине и никогда не будет. Согласна?