Книга Накажи меня любовью, страница 13 – Анна Ковалева

— За то, что не бросила эту дурочку одну, — Костя сидит уже вплотную ко мне. Осторожно перекладывает копну моих волос на правое плечо. — Сильно испугалась? Там, в камере?

— Да, очень. — нервно вздрагиваю при воспоминании об агрессивной шлюхе и пьяном неадеквате, что пытался меня схватить через прутья решетки.

— Тшш, все. Все уже закончилось, — Белов умелыми руками ласково проводит по плечам, задевая шею, видимо, пытаясь успокоить. Умом понимаю, что надо бы отодвинуться, но тело отказывается слушаться. А когда в следующий момент основание шеи обжигает нежный поцелуй, я понимаю, что пропала…

— Боишься? — хрипло шепчет на ухо, продолжая ласкать шею. Видимо, заметил, как мелко дрожит мое тело.

— Нет, — то, что я чувствую, ничего общего со страхом не имеет. Его прикосновения меня откровенно возбуждают и лгать я не в силах ни ему, ни себе. Откидываю голову на плечо и отдаюсь во власть мужчины. Знаю, это ошибка, но ничего не могу с собой поделать. Может, потому, что такие острые чувства для меня внове?

Ладони Кости плавно перемещаются на грудь и осторожно сжимают полушария. Услышав мой ответный стон, он начинает действовать активнее и сдергивает бретели с плеч, обнажая мое тело до талии.

— Красивая, — судя по восхищенному вздоху, эта оценка была дана моей груди. Ну, что выросло, то выросло, грудь у меня и правда вполне себе достойная.

Соски болезненно напряглись, изнывая в ожидании ласки. А когда наконец ее дождались, то я застонала в голос. Внизу живота стало тяжело и горячо, мысли разлетелись по разным уголкам мозга и напрочь отказывались собираться вместе.

Толком не соображаю, что он со мной делает, не осознаю даже, как оказываюсь лежащей на кровати. Сорочка болтается на талии, одна нога согнута в колене, грудь подвергается сладостной пытке, жадные мужские губы прикусывают сосок, заставляя дуреть, в то время как второй находится в тисках пальцев. Всхлипываю и выгибаюсь, тело горит огнем лихорадки, требуя чего-то доселе неведомого.

— Какой страстный воробушек, — вкрадчивый голос заставляет трепетать каждый нерв, каждую клеточку тела, а тяжелая ладонь перемещается вниз, ложась на тонкую ткань трусиков. — И уже на все готовый. Чуть надавливает, впитывая мою реакцию. — Скажи, тебя правда никто не трогал?

— Никто, — рвано выдыхаю и крепко зажмуриваюсь, пытаясь смахнуть наваждение. Ведь еще немного — и будет уже поздно. Костя без особых усилий сделает меня женщиной. И никаких угрызений совести испытывать не будет. А я ведь совсем не так хотела ее лишиться. Ведь не без причины сохранила себя. Хотелось не кратковременной страсти на пару ночей, а серьезных отношений, в которых и сгореть было бы не жаль.

Громкий мужской рык — и рука проникает под хлопчатобумажную ткань, касаясь того, что не должна была трогать.

— Костя, я не… — голос срывается, потому что ловкие пальцы начинают ласкать влажные лепестки, а от прикосновения к клитору перед глазами пляшут искры, — готова. Пожалуйста, хватит. Я не могу.

— Тише, Тая, не паникуй. — он заглядывает в глаза, пытаясь что-то там разглядеть. — Расслабься, я всего лишь сделаю тебе приятно. Очень приятно. — И накрывает мои губы своими, заставляя принимать его, подчиняться, наслаждаться каждой лаской. Настойчивый язык проникает в мой рот, лишая силы волы и гася возможные протесты.