Книга Любовь на поражение, страница 78 – Анна Ковалева

Но я предпочитала ходить пешком. По крайней мере, по утрам. На улице ведь стояло лето, светало рано, а погода радовала.

Так почему бы не погулять по городу? Я всегда любила прогулки, а с родителями несколько раз успела сходить в турпоходы.

Даже не жаловалась, когда приходилось топать десятикилометровый марш-бросок. Мне было интересно, и хотя под конец маршрута я совсем выбивалась из сил, но никогда не ныла.

Даже если на пятках появлялись болезненные мозоли.

Вот и взяла я за привычку вставать пораньше и идти пешком, прогоняя остатки сонливости свежим воздухом и любуясь просыпающимся городом.

Это здорово поднимало настроение и помогало настроиться на продуктивный рабочий день.

А вот вечером меня до дома подвозила Аня, поскольку сумерки уже плотно ложились на улицы.

В остальное время я предпочитала изучать город, передвигаясь на общественном транспорте — автобусах и трамваях.

Лилия Александровна постоянно намекала, что пора бы мне записаться на курсы вождения, но я отмахивалась.

Не чувствовала я потребности водить. Скорее наоборот, опасалась садиться за руль. Мне казалось, что я за рулем буду как обезьяна с гранатой.

Так что решила, что буду передвигаться на автобусе или такси. Так мне было спокойнее.

С помощью Анюты я быстро втянулась в работу и даже неплохо справлялась. В конце июля ожидалась выставка, так что работы хватало.

Помимо выставочных залов и административной части, в здании были и помещения художественной школы. Здесь постоянно проводились курсы.

В свободное время, в основном по вечерам, я умудрялась посещать тематические занятия и осваивала новые техники.

Когда находило особенное вдохновение, я напрочь выпадала из реальности. И тут мне на руку было то, что в галерее я нахожусь как протеже хозяев.

Меня никто не тормошил и не дергал, так что я могла позволить душе развернуться и рисовать вволю.

Только когда становилось совсем поздно, меня от рисования отрывала Аня. И то только потому, что ее саму ждал дома Костя.

— У тебя потрясающий талант, — заметила Аня с восхищением, смотря на мою незаконченную работу. — Слушай, можно я заберу картину, когда ты ее дорисуешь? Хочу повесить в гостиной.

— Конечно. Бери, если нравится. — улыбнулась, глядя на картину заката, которая вырисовывалась на холсте.

Темные воды, белый песок, солнце, садящееся за горизонт, и парочка влюбленных, стоящая у самого краешка берега. Если получится, создам зрительную иллюзию. Чтобы казалось со стороны, что парочку уносит в море…

Символично, да. Ведь всех нас в той или иной мере несет по волнам этой жизни. То поднимает на гребне волны, то навзничь опрокидывает в пучину, темную и мрачную.

Из которой выбраться тяжело.

— Это потрясающе, Вик. Все, кто увидят, это подтвердят. Потому и хочу забрать себе. Пока никто не покусился.

— Отдаю тебе пальму первенства, — смеюсь, — если после завершения впечатление от картины не изменится.

— Если и изменится, то только в лучшую сторону. Кстати, Вик, ты почему не участвуешь в художественных конкурсах? Это же такой шанс.

— Знаю, Лилия Александровна пыталась меня подтолкнуть к участию в одном из конкурсов в прошлом году, но я так и не подала заявку, не пришла идея по нужной теме.

— А почему не пришла? — Аня испытующе на меня посмотрела. — Может, потому, что ты не дала ей прийти? Побоялась участвовать, вот и подавила идеи в зародыше?