Книга Любовь на поражение, страница 50 – Анна Ковалева

Да уж, видел: информацию об аресте сына замминистра и его друга, оказавшихся насильниками, полоскание в прессе моей семьи, краткие тезисы вынесенных приговоров. Сведения о лечении матери в психоневрологическом центре и статьи о загадочных смертях ублюдков в тюрьме.

— Пиздец какой-то. — вытираю со лба нервную испарину. Похрустываю костяшками пальцев. — Интересно, эти смерти — совпадение, или?

Бросаю на брата острый взгляд, и тот мрачно кивает.

— Не верю, что совпадение. Но даже если деда Саша с батей постарались, то я считаю, что правильно сделали.

— Согласен.

— Теперь понимаешь, что было бы, если бы мама застукала тебя у Вики в спальне? Это ее бы убило, Дим. Не физически, так морально. И твои оправдания не стоили бы и ломаного гроша.

— Но она не увидела, — сжимаю кулаки. — И не увидит. Такого больше не повторится.

— Уверен? — Олег наклоняется вперёд, пристально меня разглядывает. — А если тебя снова накроет?

— Блять, Олег. Сказал же, сам не ожидал, что меня так унесет. Но теперь знаю и буду держать себя в руках.

— Я ведь не только о маме беспокоюсь, Димон. О Вике тоже. Ей и так от жизни досталось, и такого обращения она не заслужила.

— Да знаю я, что не заслужила, — психанув, вскакиваю и начинаю расхаживать вокруг брата. — Знаю, что натворил много херни. Но я хочу всё исправить, понимаешь?

Олег лишь головой качает, а я снова плюхаюсь рядом с ним. Эмоции бушуют внутри, заставляя чуть ли не на стену лезть.

— Ну что мне сделать, а? Что сделать, скажи…

— Говорю же, придержи коней. Не напирай, не беги, как носорог, напролом. Дай Вике остыть, успокоиться, потом поговори нормально. Нормально, блин, извинись. Чтобы она поверила, что действительно тебе нравится. И только потом лезь с ухаживаниями.

— Да пиздец, Олег, я ж взорвусь, пока буду круги вокруг нее наворачивать. А если она кого-то себе найдет, пока я буду выжидать?

— Будет в своем праве, — Олег равнодушно пожимает плечами. — Может, так даже лучше будет. Вике нужен кто-то более эмм… спокойный. Эмоционально стабильный. А ты как ходячая термоядерная боеголовка. Активируешься с любого чиха, а последствия взрывов твоих потом не разгребешь. Вике эти твои психи нужны как корове пятая нога.

— А это не тебе решать, понял?

— Зато Вике решать. Она вполне может послать тебя на хрен вместе с твоими ухаживаниями. И тогда тебе придется отойти в сторону.

— Да хрена с два, братик! — огрызаюсь. — Вика — моя, и точка. Никто другой ее не получит. Оторву руки любому, кто посмеет близко подойти. А советы твои как мёртвому припарка. Можешь ими подтереться.

— Ну тогда иди к отцу, поговори с ним. Раз мои советы для тебя говно.

— Да вот еще. Батя меня точно не поймет. Если скажу как есть, он мне только запретов навешает. Запретит вообще к Вике приближаться. Да и не расскажешь ему всего. Он тот случай со змеей так и не просек… Разбираться не стал даже.

— А было в чем? — Олег заинтересованно на меня глянул, но я лишь отмахнулся. Какой смысл пересматривать дело, если приговор уже был приведен в исполнение?

— Уже ни в чем, проехали.

— Ну, тогда к дяде Андрею сходи. Поговорите по душам.

— К дяде можно, да. Но позже. Не хочу, чтобы он знал, что речь идет о Вике. А то и предки быстро узнают. Слушай, а может, ты к дяде сходишь, а? Тебе проще будет. Это же я паршивая овца в семье. Которому можно только по шее давать.