Книга Бывшие. Жена для чемпиона, страница 46 – Анна Ковалева

Примерно то же самое было и с последующими особо ярыми фанатками, мечтающими залезть в постель к кумиру.

Они все получали от меня отпор, и, в конце концов, угомонились. Поняли, что им и правда ничего не светит.

Ревновала ли я Арса? Само собой. Но доверие перекрывало женскую ревность. Я понимала, что ему приходится общаться, фоткаться с фанатками, слегка обнимать их на фото.

Но он клятвенно меня уверял, что они для него ничего не значат. Это лишь фото, ничего более.

При этом смотрел на меня так горячо и жадно, что места для сомнений в душе не оставалось.

Единственное, что я попросила, это не ходить по саунам с парнями, если там будут девицы легкого поведения. И Арс согласился, чем меня несказанно порадовал.

Я вынесла из семьи всю важность полного доверия в отношениях, и руководствовалась этими принципами.

Стоило отдать должное, Арс не испытывал мою веру на прочность.

Свободное время он проводил со мной, мы выбирались в рестораны, кино, просто гуляли по городу или улетали на море на праздники.

Ну и любовью занимались, само собой. Страсть наша не угасала, а становилась все сильнее.

Мы кайфовали в объятиях друг друга, я это чувствовала. И считала, что у нас идеальные отношения.

Только вскоре выяснилось, что это не отношения идеальные, а розовые очки у меня были очень качественные.

Арс получил предложение о трансфере в монреальский клуб. Он был безумно рад выпавшему шансу, а я растерялась. Потому что не была готова вот так неожиданно перебраться в чужую страну.

Самое паршивое, что мы поговорить даже толком не смогли. Арс улетел на игру, а я осталась в Питере.

А через неделю мой мир рухнул.

Арс вернулся в Петербург раньше времени, но мне не сообщил об этом. Написал уже по прибытии, что у него какие-то дела с отцом.

Домой явился поздно ночью, пьяный в хлам, и потребовал развода.

Эти проклятые слова намертво выжглись в моей памяти.

— Между нами всё кончено, Маша. Я завтра подам на развод.

Муж еле ворочал языком и почти не держался на ногах, но я понимала, что это не просто пьяный бред.

Он говорил всерьёз, и эти слова были для меня хуже пощечин. Они причиняли неимоверную боль. Разрывали на части сердце.

— Почему, Арс? — выдавила из себя онемевшими губами. — Почему?

— Да потому что ты балласт, Машка, простой балласт. У меня блестящая карьера, передо мной открыт весь мир, а ты тянешь меня вниз. Я могу получить любую женщину, а вынужден тратить время на тебя! И мне это осточертело! Ты как удавка на моей шее, слышишь? И я хочу от нее избавиться.

И это было еще не всё. Он много чего наговорил, но из всей этой мешанины слов я смогла понять самое главное — я ему не нужна.

Арс никогда меня не любил, а лишь играл со мной. Как кот с мышью. Даже наш брак назвал игрой.

Этими словами он меня просто убил, морально уничтожил. Я всю ночь прорыдала в подушку, не в силах заснуть.

Было больно осознавать, что счастливый брак оказался иллюзией. Что я, как полная дура, повелась на дешевые уловки и отдала свое сердце бесчувственному мерзавцу.

Даже сейчас, спустя три месяца, еще не отболело.

Слишком глубокие раны мне оставил Харламов, а глубокие раны затягиваются долго.

Из омута памяти меня вытянули настойчивые тормошения девчонок. Оказывается, наше такси уже приехало к дому, а я настолько ушла в себя, что даже не заметила этого.