Книга Бывшие. Жена для чемпиона, страница 12 – Анна Ковалева

— Я этого не говорила, — возмутилась я. — Просто оказалась неготовой к такому предложению. И не забывай у меня здесь семья и учеба. Мне ведь всего год остался доучиться. Да и родителей надо было подготовить к переезду. Плюс я и правда не представляла, что буду делать в Монреале. Одна, без друзей, без знания языка. Чем буду заниматься, где работать? Я растерялась, Арс. Всего лишь растерялась.

— Вот и я о чем говорю, — Арс развел руками. — Наши желания не совпадают.

— Харламов, ты себя слышишь? — в этот момент мне больше всего на свете хотелось схватить бывшего мужа за плечи и встряхнуть.

Хорошенько так потрясти. Как яблоню с уже полностью созревшими яблоками.

Чтобы хоть какие-то извилины в мозгу зашевелились.

— Ты мне даже времени подумать не дал. Десяти дней даже не прошло, а ты уже потребовал развод. Пока я думала, искала варианты, приемлемые для нас, ты просто решил обрубить все на корню. Просто решил вычеркнуть меня из своей жизни, выкинуть за порог как ненужную вещь.

— Маша, — Харламов помрачнел. — Не утрируй, пожалуйста. Куда я тебя вышвыривал? Я все оставил тебе. И дом, и квартиру. И часть средств перевел на твой личный счет.

— Можешь забрать обратно. Я, знаешь ли, не девочка с помойки. Не из последней семьи в этой стране.

— Маша, блять, — Арс долбанул кулаком по стене. — Ну что ты начинаешь, а? Ничего я забирать не буду, не надо пытаться делать из меня последнего урода. Я разве тебя унижал, оскорблял?

— Ты сказал, что я тормоз, балласт. Мертвый груз, который похоронит твою карьеру… Сказал, что я удавка на твоей шее, — при воспоминании о том злополучном вечере на глазах снова выступили слезы.

Спешно отвернулась и украдкой смахнула соленую влагу с ресниц.

Арс не должен видеть моей слабости. Не дождется.

— Марусь…

— Руки от меня убери, — стоило ему ко мне прикоснуться, как я шарахнулась чуть ли не на другой конец комнаты.

Вот что он творит? Развелись же, так какого черта продолжает тянуть ко мне свои лапы?

Что ему неймется?

Зачем вообще сюда приперся с утра пораньше?

— Маш, всё, не трогаю, — Арс тяжко вздохнул, снова запустил руку в волосы. Он всегда так делал, когда нервничал. Я давно уже выучила эту его привычку. — Прости меня за те слова. Я был пьян, не соображал, что говорю. Ты никакой не балласт. Разве можно всерьез воспринимать слова пьяного человека?

— Знаешь, мне папа всегда говорил, что алкогольная зависимость — это отягчающее обстоятельство, а не смягчающее. И что у трезвого мужика на уме, то у пьяного на языке. И я считаю, что он прав.

— Ну да, твой батя, как всегда, едрить его в коромысло, — скривился Арс. — Любит сказануть какую-нибудь херню. Моралист хренов. Все выходцы из силовых структур мнят себя пупами Земли. Любят управлять чужими жизнями. Удовольствие от этого получают…

Бам!

Один шаг — один удар, в который я вложила всю силу.

Ладонь, правда, отбила, но сейчас на это было плевать. Негодование захлестнуло меня с головой.

Позволить Харламову оскорблять моего отца я просто не могла.

— Маш? — ошарашенно уставился на меня бывший, потирая щеку.

— Не смей! Не смей оскорблять моего папу, понял? Меня можешь называть шлюхой, мне начхать. Но отца не трогай. В отличие от тебя он настоящий мужчина. Ты даже мизинца на его ступне не стоишь!