Онлайн книга «Измена. Цена твоей лжи»
|
Как рассказала заплаканная Маша, Сергей не просто не растерялся, он был одним из тех, кто помогал людям выбираться из горящего здания. После очередного захода, увы, выбраться сам уже не смог. Из-под упавшей декорации его вытащили подоспевшие пожарные. Но к тому моменту он успел и надышаться угарным газом, и обгореть. В итоге получил 75 процентов ожогов тела и попал в реанимацию. И нам оставалось только молиться, чтобы он выжил… Следующие две недели выдались очень тяжелыми. Я взяла отпуск за свой счет в редакции, чтобы постоянно быть при Ирине Вадимовне. Удивительно, но даже большой шеф не стал препираться. Случившееся стало бедой не только для меня, но и для коллектива. Все наши коллеги очень переживали, активно предлагали свою помощь. Приехали и мои родители, которые были просто потрясены трагедией. Мы все делали что могли, врачи делали что могли, но, к сожалению, иногда чуда не происходит… Спустя две недели Сережа скончался в реанимации не приходя в сознание. Врачи пытались бороться до последнего, но в итоге были вынуждены констатировать биологическую смерть. Организм не справился. Дальнейшие дни помню смутно. Горе и боль застили сознание черной пеленой. Я чувствовала себя роботом, который двигался теперь только с одной целью — поддержать Ирину Вадимовну, которая буквально была на грани. Я переехала к ней на квартиру, чтобы всегда быть рядом. Её приходилось сутками держать на успокоительных, чтобы хоть как-то унять непреходящую истерику. Про похороны просто молчу. Не знаю как мы все это пережили. Я держалась до тех пор, пока не уложила спать Ирину Вадимовну. А потом вернулась к себе и рыдала всю ночь напролет. Так сильно, что утром едва смогла разлепить глаза. настолько они опухли. Но зато я была жива, а Сережа лежал в сырой земле. И это было чертовски несправедливо. Я готова была выйти на улицу и кричать, проклиная несправедливость этого мира. Господи! Сколько насильников, убийц и прочих психопатов живет на этом свете. Даже серийные маньяки спокойно здравствуют, а хорошие люди вне срока покидают этот мир. Разве это справедливо? Этот вопрос я была готова кричать сутками, только никто мне на него не ответил бы. Ну, разве что соседи, сказавшие бы заткнуться или вызвавшие бы психушку. Поэтому оставалось только вернуться в комнату, вцепиться зубами в наволочку и выть от тоски и безысходности… Что я, собственно, и делала. — Рита, мне так жаль. — Оля, приехавшая на похороны, тоже вся опухла от слез. — Как же так-то? Мне тоже хотелось бы это знать. Как свадьба могла превратиться в похороны? Где я в прошлой жизни так нагрешила, что приходится расплачиваться вот так? Придя в отчаяние, я вытащила свое свадебное платье, схватила ножницы и начала яростно кромсать его на куски… — Рита, ты что делаешь? — испуганно подорвалась подруга. — А что мне еще делать, Оль? — вскрикнула я, заливаясь слезами. — Две свадьбы и две катастрофы. Как только я собираюсь замуж, обязательно происходит что-то ужасное. Меня точно кто-то проклял. — Рит, ну что ты. — подруга вздохнула. — Это просто жуткое совпадение. Вот и все. Ты тут ни при чем. — Нет, — покачала я головой и снова взялась за ножницы. — Это настоящий знак. Мне просто не суждено выйти замуж. Больше даже пытаться не буду. Никогда и ни с кем… Больше никогда, слышишь? |