Книга Порочный контракт, страница 92 – Анна Ковалева

Издав очередной стон, почувствовала как горячая плоть входит внутрь, но отвернуться даже не попыталась. Напротив. Лишь приоткрыла рот пошире, вбирая член как можно глубже.

— Сука! — Стас закатил глаза и начал двигаться. Быстро, резко, но не так грубо как в прошлый раз. Я же, кажется, совсем сошла с ума, возбудившись от этого еще сильнее.

Стас откровенно трахал меня в рот, а я охотно подавалась навстречу, издавая лишь невнятное мычание, когда эмоции совсем захлестывали.

— Твою ж мать, — Стас отстранился, когда я начала задыхаться от чересчур глубоких толчков. Даже дыхание носом не помогало. Обвел меня таким диким взглядом, что я на минуту решила, что он спятил. — Что же ты со мной творишь?

С точно тем же безумным видом он вытащил из меня игрушки и резко перевернул на живот. Вздёрнул бёдра вверх, подложив под низ подушку.

— Стасс, пожалуйста… — меня обуяла странная смесь ожидания и тревоги, но она только подстёгивала возбуждение.

— Бля, не могу больше. Хочу тебя везде…. — я даже не удивилась, почувствовав давление головки там, где еще недавно была пробка. Чуть развела бедра и попыталась расслабиться.

Несмотря на подготовку, все равно было больно. Член у Стаса был немаленький, а дырочка не настолько успела расшириться.

— Потерпи, — выдохнул он в ответ на мой мучительный стон. Продолжая проталкивать головку глубже. — Так, все, я внутри.

— Ааахх, — я так и замерла, боясь пошевелиться. Боялась, что его орган меня просто разорвет, если я сдвинусь хоть на сантиметр.

— Расслабься, — натужно бормотал Горецкий, вцепившись в мои бедра пальцами. — Иначе будет больно.

Легко сказать — расслабиться. Когда ощущение такое, словно тебе раскалённую кочергу в тело засунули.

И это мне еще вино помогало. Притупляло ощущения. А что было бы без этой анестезии?

После первого толчка едва не потеряла сознание. Было просто на грани. Казалось еще немного — и я умру.

Стас что-то бормотал на ухо, грубовато ласкал грудь, отвлекал как мог. Даже поцеловал пару раз.

И его уловки сработали. Постепенно удовольствие вытеснило болевые ощущения. Ну или по крайней мере затмило их.

Я окончательно потерялась в себе, уже не понимая, что правильно, а что нет, что грязно и аморально, а что в порядке вещей.

И в конце концов поддалась этим запретным ощущениям, позволив себе наслаждаться ими. Уже сама активно включившись в процесс.

Когда была уже на грани, Стас прихватил меня одной за горло и ускорился, почти доведя до беспамятства

Беспомощной куклой я трепыхалась в его руках, а потом с истошным криком кончила, стоило ему лишь простимулировать чувствительные точки…

— Моя, слышишь, ты моя? — рычал Стас, продолжая меня трахать. — Поняла меня, отвечай?

— Да…

И только после моего вялого ответа он кончил, залив меня спермой и утянув за собой в пучину порока.

С той ночи многое изменилось между нами. Стас словно перевёл меня за какую-то грань, из-за которой возврата уже не было.

Наверное, это было моё падение, окончательное и бесповоротное, но мне уже не стыдно было признаться себе самой, что мне хорошо со Стасом.

Своей страстью и неудержимым напором он разрушил во мне какой-то барьер, уничтожил мораль и представления о нормальных отношениях.

Я забыла, что такое муки стыда, рамки дозволенного и нормы приличия, позволяя вести себя мужчине, который всё больше развращал меня, раскрывал грани моей чувственности и подстраивал под себя.