Онлайн книга «Порочный контракт»
|
Мамочки! Я прикрыла глаза, чувствуя как ускользает сознание. Бордели, Господи, он меня угрожает отправить в бордель. Что может быть хуже? — Так что выбирай, Юлиана. Или ты спишь со мной, или пропускаешь через себя толпу мужиков. И очень повезет, если они будут без изуверских наклонностей. Так что хорошо подумай… Только недолго. Я не собираюсь ждать вечность. Целых пять минут я стою в нерешительности, кусая губы от отчаяния. А потом отлипаю от стены и подхожу к креслу, в котором развалился мужчина. Думаю, в моей ситуации выбор очевиден. Вернее, это выбор из выбора. — Что ж, умная девочка, — оценил он мое решение. — А теперь раздевайся. Только медленно. Чуть помедлив, я все же начинаю осторожно, пуговка за пуговкой, расстегивать блузку. Стараюсь оттянуть неизбежное. На Горецкого не смотрю, щеки и так уже пылают от стыда. Хочется немедленно раствориться в воздухе, исчезнуть отсюда, оказаться в безопасном месте. Только это все бесполезные фантазии. Никуда мне не сбежать из этого дома. А если попробую, то окажусь в еще более страшном месте. Поэтому я лишь вздыхаю, повожу плечами — и блузка падает на пол, оставляя меня в одном черном бюстгальтере-маркизе. Следом за блузкой следует и юбка. Последним оплотом приличия на моем теле остается белье, которое толком ничего не скрывает и, вероятнее всего, расползется по швам от одного рывка. Стоять перед незнакомым мужчиной в полуголом виде неимоверно стыдно, но выбора мне не оставили. Инстинктивно хочется прикрыться, но я понимаю, что делать этого не стоит. Мужчину это только разозлит. Приходится смириться и стиснуть ладони в кулаки, чтобы не сорваться. — Посмотри на меня, — раздается хриплый голос. Поднимаю голову и застываю под взглядом темных глаз, до предела напитанных похотью. Этот взгляд гипнотизирует, парализует. Тело тут же начинает отчаянно дрожать. То ли от холода, то ли от страха, то ли от всего вместе. Так и стою несколько минут под жадным, оценивающим взглядом. Как безжизненная кукла, как манекен в витрине. А потом, повинуясь безмолвному приказу, подхожу к мужчине вплотную, позволяя трогать мои руки, спину, ягодицы. Хочется сорваться с места и удрать, но вместо этого я вхожу в роль покорной игрушки. Потому что иного мне не позволено. Вздрагиваю, когда мужчина расстегивает бюстгальтер, но отшатнуться не решаюсь. Опасаюсь его злить. Лучше уж терпеть одного партнера, чем попасть в бордель. — Красивые сиськи, — замечает он, пробегая пальцами по соскам, лаская их подушечками пальцев. А потом резко сдавливает чувствительные горошинки, выкручивая до легкой боли. И мое тело против воли откликается. Приятные разряды от сосков устремляются вниз, к промежности. Делаю судорожный вздох, пытаясь справиться с собственной реакцией на происходящее. — Развернись! Покорно разворачиваюсь и стою молча, ожидая непонятного чего. Слышу за спиной мужские шаги. Он открывает какие-то ящики, что-то достает. Слышу легкий металлический звон и вздрагиваю. А через секунду на моей шее застегивается ошейник. Широкий, кожаный, с длинной металлической цепью… — НЕТ! — невольно вырывается из меня панический крик. Начавшееся разливаться по телу возбуждение исчезает без следа. Остается только чистый страх, стянувший грудь. Цепь резко натягивается, заставляя меня запрокинуть голову. |