Книга Порочный контракт, страница 127 – Анна Ковалева

— Раз в год даже палка может выстрелить, — невозмутимо пожала она плечами. — Вот, считай, и у меня совесть ненадолго проснулась.

— Я сам мог дать Юле все необходимое.

— Только ей от тебя ничего нужно не было. — метко подметила она. — Ни копейки бы не приняла.

Да уж, Юля наглядно это продемонстрировала. Она оставила все чеки в квартире, показывающие куда дела мои подарки, и что сделала с вырученными за них деньгами.

Бесился я долго, но в итоге просто перевел Стрелецкой ту сумму, которую она отдала Юле. Пусть будет хотя бы так. Опосредованная помощь от меня.

Старая стерва ухмыльнулась, но ничего против перевода не имела. Как будто заранее просчитала мою реакцию. Совесть у нее, блядь, проснулась. Как же.

Найти саму Юлю труда не составило. Она не особо пряталась. Хорошенько подумав, попросил Воронцова приставить к ней надежных людей. Чтобы присылали мне всю нужную инфу и не попадались Юле на глаза. Ну и следили, чтобы девчонка не вляпалась в очередные неприятности.

Так что я знал все: какую квартиру она купила, где возобновила обучение, куда устроилась работать. Про то, что начала посещать психотерапевта тоже знал.

Даже связывался с ней, но докторша оказалась с принципами. Ничего толком не рассказала, зато потребовала убрать руки от девочки и не приближаться к ней. Если не хочу довести дело до непоправимого.

Вот я и держался, довольствуясь снимками, полученными от моих людей. Юля понемногу приходила в себя, расцветала.

К весне у нее уже было красивое каре, что не могло не радовать меня. Она поправилась и на лице снова появилась улыбка.

И надо бы прекратить слежку, оставить мою куколку в покое. Но я не мог. Чем больше времени проходило, тем больше моя зацикленность на Юле превращалась в одержимость.

Я пробовал забыться, пробовал открыть новый контракт, но выгнал девицу уже через неделю.

По сравнению с Юлей все было уже не то… Как дешевая тухлятина после бокала редкого вина.

Поэтому плюнул на все и начал заваливать себя работой. Настолько насколько мог. До отца, кстати, дошла кое-какая информация, но Юлю я прикрыл. Незачем ему было о ней знать. Достаточно и того, что нападения прекратились и убытки были покрыты.

— Стас? — донесся до меня голос Ивана.

— А, да, задумался. Слушаю. Как там Юля?

— Все хорошо, работает, учится. Пишет диплом. В конверте фотографии из кафе. Она с коллегами ходила отмечать восьмое марта.

— Что еще? — насторожился, заметив заминку и странный взгляд Воронцова.

— Хмм. В общем, к Юле один мужик шары подкатывает. Очень настойчиво так подкатывает. Она пока его держит во френдзоне, но…

— Кто такой? — прорычал я, силясь справиться с бурлящей в груди ревностью. К тому, что Юля начнет спать с кем-то другим, я готов не был.

— Максим Фролов, тридцать один год. Массажист. Работает в том же салоне, что и Юлиана. Ни в чем подозрительном замечен не был.

Вот как, значит. Рывком вскрываю конверт и вытряхиваю фотографии. С жадностью высматриваю на них Юлю.

Блядь. Красивая такая. Еще краше стала. А улыбается как. Мне так никогда не улыбалась. Впрочем, сам ведь виноват. Повел себя как ублюдок.

Интересно, а если приехать к ней сейчас, улыбнётся ли она мне так же, как своим коллегам? Очень вряд ли.

Провожу пальцами по ее лицу, запечатлённому на снимке, а потом с матом переключаюсь на её воздыхателя.